Добавить статью
15:27 4 Декабря 2015
Основные методологические принципы изучения истории Кыргызстана XVIII-начала XX вв.

151203kenensariev Как известно, под методологией истории (от греч. Metodos - путь исследования, познания и logos - учение) понимается теория исторического познания, которая разрабатывает принципы и средства добывания знаний о прошлом, систематизации и истолкования полученных данных с целью выяснения сущности исторического процесса, реконструкции его во всей конкретности и целостности.

К числу коренных проблем методологии истории относятся: объект, предмет, хронология и границы исторической науки, соотношение ее с другими отраслями знания, принципы исторической науки, методы исторического исследования, социальная функция исторической науки и др. [5, 18, 19, 20, 34, 35, 37, 38, 39, 49]

Эти общепризнанные элементы методологии истории являются руководящими, определяющими принципами исторической науки и для Кыргызстана. Однако, надо признать, что методология кыргызской национальной исторической науки имеет свою специфическую особенность. Это связано с тем, что Кыргызстан в своей истории с древнейших времен до наших дней прошел своеобразный путь от первобытного общества к кочевой цивилизации (согласно К.Ясперсу – «осевой» [50], и от него к современному постсоветскому обществу через научно-технической цивилизации нового периода (XVIII-XIX вв.).

Методология исторической науки Кыргызстана до независимости базировался на принципах материалистической теории познания марксизма, где главными руководящими принципами были – классовый подход, партийность, признание решающей роли народных масс и умаления роли личности в истории. Эти марксистские подходы привели к существенным искажениям истории Кыргызстана, подстраиванию интересам советской-тоталитарной идеологии, появлении ряда «белых пятен» и забвению деятельности исторических деятелей.

С началом эпохи независимости Кыргызстана и формирование демократической жизни рыночных отношений произошел коренной перелом в духовно-идеологической жизни республики. А это привело к формированию нового исторического мышления, базированного на общемировой концепции методологии исторического познания. Независимая методология исторической науки Кыргызстана в современное время переживает активный этап своего формирования, процесс, которого еще не закончился.

Важной проблемой историографии современного Кыргызстана- является новые подходы к изучению истории нашего народа в новом периоде, точнее - истории Кыргызстана в период XVIII – до начала XX вв. Основные методологические принципы изучения указанного периода истории Кыргызстана в течении более 20 лет независимости, существенно изменились, однако, целое поколение историков «советской школы», даже часть молодого поколения исследователей, являющимися учениками представителей «старой гвардии» национальной историографии, вяло меняют или, к сожалению, остаются на старых позициях по важным процессам истории Кыргызстана.

В связи с такой обстановкой историографии Кыргызстана XVIII – до начала XX вв. мы решились высказать свое мнение об основных принципах методологии изучения указанного периода. Следовательно, доклад посвящается анализу истории Кыргызстана периода Кокандского ханства, эпохи завоевания Кыргызстана Россией и процессу проведения колониальной политики самодержавия. Делается акцент на выдвижение основных руководящих принципов исторического познания этого отрезка национальной истории, определяются современные методологические подходы к изучению важных исторических процессов нового периода истории Кыргызстана.

Вопрос в том, как применяется современная методология в истории для истории Кыргызстана XVIII – до начала XX вв. Можно ответить следующим образом. Применительно к изучению этого периода, т.е. которые уже бесспорно стали руководящими методологическими принципами исторического познания, можно считать следующие, как: принципы истины, историзма, конкретности, объективности, системности, всесторонности историографической традиции и другие. А также историография Кыргызстана бесповоротно отошла от принципов партийности, классового подхода, признания решающей роли народных масс и умаления роли личности в истории.

Однако, на ряду конкретных проблем указанного отрезка национальной истории, до сих пор существуют споры среди историков, или приняты половинчато на вооружение методологических основ исторического познания историографии Кыргызстана XVIII – до начала XX вв.

Попытаемся остановится на них.

4a16be0fa000

1. История Кокандского ханства. Главными спорными вопросами здесь выступают:

a. Было ли Кокандское ханство государственностью кыргызов или нет?

Согласно методологическому принципу историзма и системности историческое развитие кыргызского народа не могло развиваться не иначе, как в составе доколониальных среднеазиатских сообществ, то есть в местной административно-политической, социально-экономической и духовной системе. В добавок примерно половина основного населения Кокандского ханства были ферганские кыргызы и кыпчаки, а в период 1820-60-е годы все кыргызы, хотя и номинально, входили в состав ханства. Это обстоятельство бесспорно доказывает, что Кокандское ханство было государственностью населения всей Ферганской долины, в том числе и кыргызской государственностью. Подтверждающиех фактологических данных достаточно. Они отражены в монографиях и исследованиях А.Хасанова[43-45], К.Усенбаева[46-48], В.М.Плоских[31-33], Т.Кененсариева[6-15], Т.Өмүрбекова [27, 28], Т.К.Чороева[40-42], Ж.Алымбаева[2,3], Б.К.Абытова[1], К.Молдокасымова[21-26], Т.Өмүрзаковой[29, 30], Д.Сапаралиева [36] и многих других, хотя большинство из них, прямо не могли утверждать вышеуказанную научную гипотезу.

b. Характер политических действий Кокандской администрации в отношении кыргызов.

53ce5c5210a7

Если мы признаем, что Кокандское ханство было и государственностью кыргызов [9, 10, 11], то характер политических действий кокандской администрации в отношении ферганского населения, в том числе и кыргызов соответствовал тому положению, как администрация любого государства относится к своим гражданам (правление, налог и т.д.). А относительно военно-административных мероприятий ханства к таласским, нарынским, чуйским и иссыккульским кыргызам характер действий кокандских властей можно квалицировать не иначе, как попытка расширения владений государства. Вспомните расширение Московского княжества в XIII-XV вв. Узбекские историки же не пишут, что Ташкентский оазис или другие регионы были “завоеваны Кокандским ханством», а считают это закономерным процессом расширение территории ханства, которые осуществились в силу усиления ханства и укрепления государственной власти.

c. Место кыргызов и статус кыргызских исторических личностей в Кокандском ханстве.

Если мы признаем, что Кокандское ханство было государственностью кыргызов, то кыргызы, особенно ферганские (а в долине в те времена проживали около 70 процентов всех кыргызов), являлись полнокровными гражданами ханства. Юг Кыргызстана находился в составе Коканда более 150 лет[8]. Это достаточный срок. В силу этого они обладали всеми юридические правами в государстве (занимать должности всех ступеней, платить налоги, служить в вооруженных силах и т.д.). Что касается северных же собратьев, которые оказались в подчинении ханства около 25-40 лет, в силу номинального их подчинения к ханской власти, особо не привлекались к военно-административной службе государства, но как и все остальные граждане страны, облагались налогами и несли другие повинности.

7f0711868f6f

Кыргызские же исторические личности (бии, беки, датхи, батыры) такие как: Акбото бий (XVIII), Ажы бий (XVIII), Кубат бий (XVIII) [8], Нусуп бий (XIX) [2,3], Мусулманкул минбашы (XIX), Алымбек датка (XIX) [1,23], Алымкул Лашкер башы (XIX) [6, 26], Курманжан датка (XIX) [22, 29, 30], Искак Асан уулу Полот хан (XIX) [7, 23] и многие другие играли важную, политическую и государственную роль в жизни ханства. Это признается всеми исследователями истории Кокандского ханства. Почти все указанные личности вносили огромный вклад в совершенствовании управления государствам, в развитии дипломатии, военно-административного реформирования, хозяйственно-культурного развития ханства. Некоторые из них даже положили свои головы ради сохранения ханства и независимости населения Ферганской долины (Нусуп бий, Алымбек датка, Алымкул лашкер баши, Полот хан[2,3,6,7, 24]). Раз это так, то положение ферганских кыргызов, статус указанных исторических личностей невозможно рассматривать вне Кокандского ханства, как государственности кыргызов.

2. Процесс включения Кыргызстана в состав Российской империи. Важными вопросами проблемы можно считать:

a. Место Кыргызстана в геополитических устремлений России. С 30-х годов XIX века начинается англо-русское имперское соперничество за овладение Центральной Азией [12, 13]. Это было началом Большой геополитической игры, в которой главными игроками выступали Англия, Россия, а также Китай, начиная с 60-х годов. «Большая игра» продолжалась до 90-х годов XIX века. Кыргызстан находился на пути продвижения России вглубь Средней Азии с стороны Казахстана и граничил с Восточным Туркестаном. Кыргызские земли оставались объектом стратегического влияния в перспективных планах Англии, а Цинская империя, которая уже захватила Восточный Туркестан, все больше и больше стремился освоить пограничные земли к востоку от Кыргызстана. Таким образом, на геополитическом пространстве Большой Игры, Кыргызстан на протяжении 30-90-х годов XIX века занимал важное стратегическое место.

0_b51e7_c33aa9fc_XXXL

b. Средства и методы завоевания Кыргызстана Россией. Этот магистральный процесс, названный российскими военными и гражданскими историками на рубеже XIX-XX вв. «завоеванием Средней Азии» включал разные методы и средства. Прорусская ориентация части северокыргызских племен (верхушка племени бугу), прококандская ориентация другой части кыргызов (отдельные представители родо-племенной аристократии северных кыргызов Чуйской, Нарынской и Таласской долин, определяли своеобразные методы России с целью «покорения инородцев». Царская Россия использовала военные и мирные формы завоевания: торговые договора, вооруженные походы, политику «пряника и кнута», все средства воздействия царизма на кыргызов с целью принудить их принять российское подданство [12, 13].

Начиная с 1968 г. Россия постепенно окончательно перешла на военный путь завоевания. 1875-76 гг. были кульминационным этапом процесса завоевания Кыргызстана Россией, когда огромная армия Туркестанского генерал-губернаторства во главе генерал-адъютантом К.П. фон-Кауфманом начала широкомасштабное наступление против кыргызско-кыпчакского ополчения, которые в течение 1873-75 гг. боролись с произволом Кокандского хана Кудаяра, с целью обретения справедливого хана (в лице Искака Асан уулу Полот хана – кыргыза из пленеми бостон) и сохранить целостность Кокандского ханства (подчеркну – как своего государства). Начав вооруженное наступление на восставших, царизм, тем самым пошел и против самого Кокандского ханства, с целью окончательного включения его в состав России.

Таким образом, процесс завоевания Кыргызстана Россией в течении 20 лет протекал с применением мирных и немирных средств, в том числе прямых вооруженных экспедиций и военных сражений [7, 8, 12, 13], а не «добровольного вхождения» или «присоединения», как утверждалось советско-кыргызской историографией ранее.

c. Хронологические рубежи процесса завоевания. Официальная советская историография утверждала датой включения Кыргызстана в состав Российской империи 1863 год, назвав эту дату «добровольным вхождением Кыргызстана в состав России». Эта дата никак не соответствует истине, так как к 1863 г. в составе Российской империи оказались всего лишь около 30% кыргызов. Ныне большинство историков независимого Кыргызстана признают, что первым этапом завоевания Кыргызстана Россией является 1855-1868 гг., когда была покорена все северокыргызские племена, включая отдаленных, горных племен Тенир-Тоо.

Фактическое покорение Кыргызстана завершается на втором этапе завоевания (1875-1876 гг.), когда русские колониальные власти перешли на прямой вооруженный путь. Аккордом процесса завоевания Кыргызстана была, так называемая Алайская военно-научная экспедиция во главе генералом М.Д.Скобелевым в июле-сентябре 1876 г. против непокорного сына Алымбек датхи Абдылдабека, который был верен идее «сохранения государственности» даже после смерти Полот хана в Маргелана 1 марта 1876 г. [12, 13]

3. Сущность и характеристика колониальной политики Российского самодержавия в Кыргызстане. Главные спорные вопросы проблемы:

a. Кыргызстан – колония в классическом смысле. Теоретики и историки выделяют три вида колоний: девственные колонии, колонии чистейшего типа и колонии в экономическом смысле. Хотя по истории колониального Кыргызстана, да и всей Центральной Азии, написано много, но до сих пор нет обобщающей характеристики относительно “Русского Туркестана” второй половины XIX – начала XX вв. Думаем, что Кыргызстан относится к числу «колоний чистейшего типа» [12, 13]. Обоснований достаточно. Фактологические данные административной, экономической, социальной и духовной политики России, как метрополии по отношению к Кыргызстану, говорят в пользу указанного точка зрения.

0_b51f5_e15d2a13_XXXL

b. Русификация – стратегическая цель колониальной политики России. Главным отличием Российских колониальных владений от классических колоний западных держав (Англия, Португалия, Испания, Белгия и др.) выступает отсутствие естественных препятствий (океаны, горные массивы, пустыни) между метрополией (центр) и колоний (окраины). Этот географический фактор сыграл большую политическую роль для разработки далеко идущей колониальной политики России. Назвав внутреннюю Россию «центром», а колонии – «окраинами», царские апологеты разработали стратегическую программу – политику русификации.

Русификационный принцип колониальной политики ставил далеко идущую цель – постепенно превратить Кавказ и Среднюю Азию в исконно русскую землю, подобно тому, когда-то южные степи и земли от Урала на восток от России были «окраинами» и до середины XIX века стали фактически русскими территориями. Следовательно, с первых же дней образования Туркестанского генерал-губернаторства (1867) Средняя Азия стала именоваться «Русским Туркестаном».

Для реализации русификационной политики использовались многие средства от административной, социально-экономической и духовной колониальной политики. Главным методом здесь служил постепенное, поэтапное внедрение русских порядков в жизнь местного населения «не проводя крутые ломки в местной традиции» и «исподволь внедряя российские законы» в местное сообщество.

Основными средствами русификаторской политики была переселенческая политика, образование казацких станиц, вооружение русских крестьян, перевод земельных, водных богатств, недр, торговли в руки русского населения, русскому купечеству и промышленников, а также создание русско-туземных школ, приучение местного населения русским традициям и обычаям. Своеобразным методом для проведения русификационной стратегии был принцип «кнута и пряника» относительно местной аристократической верхушки.

c. Военно-народное управление и принцип «разделяй и властвуй» как особенности военно-административной политики России в Кыргызстане. Принцип «военно-народного управления, примененного ранее для Кавказского наместничества, предполагал разделение вертикала колониальной власти на два ступени. Эта военная власть – генерал-губернаторство, областное управление, уездное начальство, руководителями которых должны были только русского происхождения, имеющие военные чины. Так называемое же «народное управление» - волостное начальство, аксакалство, местное судопроизводство (бии и казии), а также низовое управление: старшины (старчын), пятидесятники (элуу башы) и т.д. выступало в качестве буферной прослойки между колониальными властями и местным населением. Представители «народного управления» обладали видимость права выборности, однако их деятельность полностью была подконтрольна русским колониальным властям.

0_b5200_a87cf67d_XXXL

Кыргызстан оказался в административном отношении разделенным между четырьмя областями: Ферганской (основная часть ферганских кыргызов), Самаркандской (Лейлекский регион), Сыр-Дарьинской (Таласская долина) и Семиреченской (Чуйская и Иссык-Кульские долины). Такая административная политика базировался на принципе “разделяй и властвуй”, опробованный в классических колониях Запада.

Таким образом, рассредоточение кыргызов в территориальном отношении, внедрение “военно-народного управления” как особой административной системой, политика “кнута и пряника” в отношении местной аристократии, воспрепятствовали процессу политической, экономической и духовной консолидации кыргызов как вертикально, так и горизонтально.

d. Земельный вопрос как краеугольный вопрос экономической политики царизма. Вся земля Кыргызстана по Положению 1886 г. объявлялась собственностью Российского государства как верховного собственника колоний. Пахотные земли предоставлялись местному оседлому населению на правах владения, а пастбища – общественному пользованию кочевникам. Образовался специальный земельный фонд для русских переселенцев за счет, так называемых «излишков кыргызских земель». Это было юридическим закреплением права на землю для русских переселенцев. Такая политика играла главным фактором осуществления принципа «русификации» и выступала краеугольным вопросом всей экономической политики. Проводимая земельно-водная, податная (налоговая) реформа 1870-1910 годов все больше и больше способствовала изъятию угодных кыргызских земель в пользу переселенцев. Оседание кыргызов поддерживалось русскими властями только на словах[15].

e. Меркантильная политика царской администрации в области торговли и промышленности. Торговля на основе внедрения российских норм и положений о промыслах постепенно трансформировалась от случайной (степной) формы к стационарной (базарной) через ярмарочной (сезонной). Экономическая политика в отношении мелкотоварного производства, добывающей и частично обрабатывающей промышленности проводилась однобоко, в меркантильных интересах метрополии. Колониальные власти всячески воспрепятствовали прихода в Кыргызстан финансового капитала, в особенности иностранного [15].

f6763a8361d5

4. Борьба кыргызского и других народов Кыргызстана за независимость и свободу XIX – начала XX вв. Главными спорными вопросами здесь выступают:

a. Восстание Полот хана, как первая попытка к независимости кыргызов и сохранения государственности. Народное движение 1873-76 годов имело два этапа: 1) антиханский или антикудаяровский (1873-74 гг.), главной целью, которого была сохранить кыргызскую государственность в форме Кокандского ханства путем изгнания Кудаяр хана, проводившего антинародную политику с помощью поддержки русской колониальной власти Ташкента на основе русско-кокандского вассального договора 1868 г. Следовательно, Искак Асан уулу – кыргыз из племени бостон, согласно кокандской традиции престолонаследия, был избран ханом под именем Полот хана. На втором же этапе восстания (1875-76 гг.) в июле 1875 году ненавистный Кудаяр был изгнан и восставшие овладели государством. Однако, в связи началом в августе того же года военной экспансии российской колониальной армии против восставших, народное движение было направлено теперь двум объектам: как против прокудаярских сил внутри государства, так и против колониальной армии России. Восстание приобрело антиколониальную окраску, не отказываясь при этом, главной цели – сохранения государственности. Искак, во второй раз, был избран ханов в сентябре 1975 г. Силы не были равны, хотя восставшие наносили ощутимые удары по карателям. Во время сражений в Махрамской крепости, обороны Андижана (2раза), городе Асаке, и в особенности в ходе карательной экспедиции в Эки-Суу-Арасы (25-декабря 1875 г. по 5 января 1876 г.), потеряв сотни тысяч восставших, Искак вынужден был сдаться 19 февраля 1876 г. царским властьям. 1 марта этого же года в городе Маргелан, в стечении большего количества своих земляков, он героически встретил свою смерть – был повешен. Ферганские кыргызы, узбеки и таджики потеряли свою государственность в лице Кокандского ханства и долина была объявлена владением Российской империи по названием Ферганской области Туркестанского генерал-губернаторства [7, 12,13].

Однако дух независимости кыргызов Ферганской долины не иссяк. Продолжались, так называемые, движение Жетим хана, Мамыра, Бала бия в конце 70-х и 80-х годов XIX в. Народ ждал своих предводителей и был готов вновь подняться на борьбу за независимость.

b. Андижанское восстание 1898 г. и его современное понимание. Свободолюбивый дух кыргызского народа вновь проснулся в конце 90-х годов. Кугартский Чыйбыл болуш, Ноокатский Оморбек датка, Маргеланский Бакир Нурматов и другие кыргызы решили поднять восстание против колониальных властей и просили Мин-Тюбинского эшана Мадали возглавить. Мадали эшен был чрезвычайно популярен среди кыргызов. Однако, главным идейным вдохновителем восстания был Зияуддин Максым – кыргыз из племени доолос, работавших в 60-70-е годы в канцелярии Кудаяр хана, историк, автор книги «История ферганских ханов». Среди идейных вдохновителей борьбы за независимость выделялся и Токтогул Сатылганов [16].

Так называемое «Андижанское восстание» произошел 17 мая 1898 г. Но мечта повстанцев не сбылась. Восстание было жестоко подавлено. Состав восставших был многонациональным. Об этом свидетельствует национальный состав привлеченных к суду: кыргызов — 257 (более половина всех осужденных), узбеков и сартов — 112, тюрок — 20, уйгуров — 17, кыпчаков — 3, таджиков — 5, каракалпаков — 1, всего 417 человек. Опираясь на национальный состав осужденных повстанцев можно назвать его “Кыргызско-андижанским” восстанием против колониализма[16].

dukchiishan2

c. Предпосылки, причины, движущие силы восстания 1916 г. Восстание 1916 г. в Кыргызстане имеет глубокие предпосылки и причины [46, 49]. Говоря о них мы должны учитывать методологические принципы историзма, системности, всесторонности. Следовательно, предпосылки восстания подготавливались в течение всего колониального периода. Главной стержневой линией предпосылок была стратегическая русификаторская политика России. Важным фактором был земельно-водный вопрос. Последствия переселенческой политики, изъятие кыргызских земель, внедрение русских норм жизни и постепенные потери народных традиций подготавливали всенародное возмущение. Указ Николая II «О реквизиции» 25 июня 1916 г. взорвал ситуацию. Однако необходимо признать, что и без этого Указа рано или поздно началось бы это всенародное движение. Данный Указ воспринимался местным населением не как о мобилизации на тыловые работы мужского населения Туркестана, а как «реквизиция» или «экспроприация» местных «туземцев» в качестве материальных ценностей или скота (см.: Толковый словарь).

Важными факторами предпосылок восстания была традиция «свободного духа» кыргызов на опыте народного движения 1873-76 годов, восстания 1898 г. в Андижане, возрождение демократических идей в начале XX в., такие как Петиция Ш.Жантаева в июне 1905 г. на имя Николая II с просьбой о создании мусульманского собрания, открытия медресе и школ для обучения в них детей на родном языке, введении в состав законодательных органов представителей коренных народов, Узун-Агачский съезд казахо-кыргызской интеллигенции 21 октября 1910 г.

Движущими силами восстания были представители всего слоя народа. Народом руководили родоначальники, выходцы из аристократии, а также простые батыры. Присутствовала идея возрождения государственности кыргызов. Объясняет это явление факты избрания «ханов» для руководства восстания и дальнейших действий.

d. Историко-теоретическая оценка восстания 1916 г. Восстание 1916 г. в Кыргызстане было явлением, имеющим взаимоотношения с процессами, протекающими во всех колониальных владений России. Оно проявилось как ответная реакция народа на жестокую колониальную политику в Кыргызстане. В силу цели, задач восстания его можно назвать «национально-освободительным движением» кыргызов и сочувствующих представителей других народностей, имеющее антиимпериалистическую, антицарскую, антиколониальную направленность, с элементами попытки возродить кыргызской государственности. Говоря о карательных мероприятий колониальных властей, необходимо отметить «чрезвычайную жестокость по отношению к восставшим», граничившим с методом «поголовного истребления», имеющим элементы «геноцида» [46, 49].

5. Духовная жизнь населения Кыргызстана в период колониальной эпохи. Основные вопросы проблемы:

a. Характеристика колониальной политики России в Кыргызстане в духовной сфере. Колониальная политика в области духовной жизни местного населения всецело отвечала интересам русификации. Круто не ломая местное верование, традиции и менталитет, колониальные власти постепенно, исподволь, старались внедрять русские традиции, привычки, образ жизни. Появились русско-туземные школы, средние учебные заведения, ветеринария, врачевания, ростки разных наук и т.д. Естественно, такая политика имела двоякий результат. Хотя кыргызы все больше и больше теряли бывшие нормы духовной жизни, с другой стороны, приобщались к западной, мировой цивилизации через русских, что является прогрессивным явлением.

b. Веротерпимость как особенность колониальной политики в духовной сфере Кыргызстана. Относительно религии царизм проявлял известную веротерпимость. Здесь фактор существования многочисленного мусульманского населения в самой центральной части России сыграл важную роль. В какой-то мере самодержавие способствовало проведению хадж в Мекку. Не запрещало деятельности мусульманских учреждений, кроме вакфов. В известной мере поддерживал идеологию джадидизма[17], деятельность новометодных мусульманских школ. Однако, необходимо подчеркнуть, что такая политика проводилась только до той черты, за рамки которого могли бы появится противоречащие факты интересам колониальной политики.

9e8683dc5538

6. Общая оценка истории колониального периода Кыргызстана (вторая половина XIX – начала XX вв.) Такая оценка должна соответствовать принципам «исторический прогресс» и «поступательность развития народа», который имеет глубоко теоретический смысл. Кыргызы, как и многие народы Евразии, на рубеже XVIII-XX вв., оказались в орбите глобальных общественных перемен – трансформации от средневековье к промышленному (рыночному) обществу. Процесс такой трансформации не могло идти без империалистических устремлений более сильных государств в отношении менее развитых. Таким образом, кыргызы, как и многие народы, стали объектом Большой геополитической игры. В итоге, оказавшись в составе более развитого Российского государства, постепенно переходившего в начале XX века к рыночным отношениям, Кыргызстан, «волей и неволей», был вовлечен в «водоворот мирового хозяйства», через «мучительную колониальную политику» постепенно приобщался с передовыми, в те времена, общественными явлениями. Несмотря на все «отрицательные», «негативные», «антинародные» элементы колониализма, «карательные» методы в отношении к восставшим, граничившими с элементами «поголовного истребления и геноцида» местного населения, кыргызы в конце концов, рано или поздно, должны были выйти к дороге «исторического прогресса». Такова логика истории…

Ташманбет Кененсариев, заслуженный работник образования Кыргызской Республики, докт.ист.наук, проф.

Доклад презентован на международной научно–практической конференции: «Общее и особенное в тюркской Евразии: проблемы методологии современной общей и региональной истории тюрков», посвященной 1000-летию Жусупа Баласагына, выдающегося общетюркского поэта и мыслителя 27-28 ноября 2015 г. г.Бишкек

Фото humus.livejournal.com

Ключевые слова: История. Методология. Кыргызстан. Кокандское ханство. Государственность. Россия. Царизм. Колония. Восстание. Независимость. Духовная культура.

Литература

1. Абытов Б.К. Ош: факты, события и личности (новый взгляд на основе источников средних веков и нового периода) Ош: 2000. –205 б.

2. Алымбаев Ж. Нүзүп бий: Илимий-популярдуу бейне. – Б.: Шам, 2000. –140 б.

3. Алымбаев Ж.Кокон хандыгы жана Нүзүп миңбашы.—Б.: Турар, 2015, 240 б.

4. Биск И. Я. Методология истории: курс лекций. Иваново: Изд-во Ивановского госуниверситета, 2007. 236

5. Жуков Е. М. Очерки методологии истории. 2-е изд. М., 1987. — 256 с.

6. Кененсариев Т. Алымкул Аталык: Тарыхый–булакнаамалык бейне. / Түз. жана коммент. Т.Кененсариев, өзбек тил.котор. А.Топчуев. – Бишкек – Ош, 1999. – 72 б.

7. Кененсариев Т. Искак Асан уулу Полот хан.—Ош: КТЖ,1998.-80 б.

8. Кененсариев Т. Кыргыздар жана Кокон хандыгы.—Ош: ОшМУ,1996.—64 б.

9. Кененсариев Т. Кокон хандыгы кыргыз мамлекеттүүлүгүнүн бир формасы катарында// Ош,Уш,Osh.Эл аралык адабий-көркөм, коомдук-саясый альманах.-№4(18), 2003 июль-август.-Ош,2003.-36-55-бб.

10. Кененсариев Т. Кокандское ханство как форма государственности кыргызов.// Диалог цивилизаций. Вып.III. Развитие государственности в условиях взаимодействия кочевых обществ и оседлых оазисов в зоне шелкового пути.-Бишкек,2003.-129-133-бб;

11. Кененсариев Т. Культурогенез Кыргызстана: Теория.Исторический опыт.-Б.,2010.-160 с.

12. Кененсариев Т. Кыргызстандын Орусияга каратылышы.—Бишкек: Кыргызстан,1997.—360 б.

13. Кененсариев Т.. Кыргызстандын ХIХ кылымдын 50-70-жылдарындагы саясый өнүгүүсү. - Б.: 2009.-392-б.

14. Kenensariev T. The Kyrgyz and Kokand Khanate (Кыргыздар жана Кокон хандыгы) англис тилинде.-Ош,2000.-68 б.; То же на языке фарси. -Tehran,2002.-73 р.

15. Кененсариев Т. Экономическая политика царского правительства в Кыргызстане во 2-й половине XIX - начала XX вв.-Б., 2009, 288 с.

16. Кененсариев Т., Авазов Э. Анжиян көтөрүлүшү жана кыргыздар.-Б., 2002. 164 б.

17. Кубатова А.Э. Кыргызстандагы жадидчилик кыймылы (1900-1916).-Б., 2012.

18. Лаппо-Данилевский А. С. Методология истории. — М., 2006. — 622 с. (Впервые опубликовано: Вып. 1-2. СПб., 1910—1913.)

19. Лаптева М. П. Теория и методология истории: курс лекций / М. П. Лаптева; Перм. гос. ун-т. — Пермь, 2006. — 254 с.

20. Методологические проблемы истории / Под ред. В. Н. Сидорцова. — Мн.: ТетраСистемс, 2006. — 352 с.

21. Молдокасымов К. С. Кыргыз—өзбек достугунун башаты.//СТ. —1991— № 4.—72—77-бб.

22. Молдокасымов К.Курманжандын көз жашы.—Бишкек: Кыргызстан, 1991.—16 б.

23. Молдокасымов К. С. Искак молдо — Кокондун акыркы ханы.//ЗК.—1994.—18,25-ноябрь, 2-декабрь.

24. Молдокасымов К. С. Алымбек датка-Кокондун баш увазири.//КР.— 1995.—10,17-марттар.

25. Молдокасымов К.С. Кокон хандыгы жана тарых чындыгы.//ЗК.—1997.—2-май.

26. Молдокасымов К. С. Алымкул аталык. // Кыргыз Туусу. № 61, 15-18-август, 2003-ж.

27. Өмүрбеков Т.Н.Улуу инсандардын Кыргызстандын тарыхындагы ролу жана орду. (XIX ортосу - XX к.башы). -Б.: Бийиктик, 2003, 288 б.

28. Өмүрбеков Т.Н., Чоротегин Т.К. Кыргыздардын жана Кыргызстандын жаңы доордогу тарыхы: (XVII - XX кк. башы): Орто мектептердин окуучулары үчүн кошумча сынак окуу куралы / Жооптуу редакторлору К.Үсөнбаев, А.Асанканов. — Бишкек: «Кыргызстан» басмасы, 1995. — 187 б.

29. Өмүрзакова Т. Курманжан датка. Доор. Инсан. Ишмердүүлүк. – Б.: Кыргызстан, 2002.– 206 б.

30. Өмүрзакова Т.Курманжан датка. Тарыхий очерк. –Б.: Учкун, 2003.–96 б.

31. Плоских В.М. Очерки патриархально-феодальных отношений в Южной Киргизии (50—70-е гг.Х1Х в.).— Фрунзе: Илим, 1968.

32. Плоских В.М. Киргизы и Кокандское ханство.-Фрунзе:Илим,1977.

33. Плоских В.М. Киргизы в дипломатических отношениях Кокандского ханства (первая половина Х1Х в.).// ИАНКССРОН.-1991.-№ 1.—С.41—47.

34. Про, Антуан. Двенадцать уроков по истории / Пер. с фр. Ю. В. Ткаченко. М., 2000. 336 с.

35. Репина Л. П., Зверева В. В., Парамонова М. Ю. История исторического знания. М.: Дрофа, 2004. 288 с.

36. Сапаралиев Д. Взаимоотношения кыргызов с народами Центральной Азии и с Россией в ХУШ в.—Б., 1995.

37. Сидорцов, В. Н. Методология истории : курс лекций / В. Н. Сидорцов. — Минск : БГУ, 2010. — 207 с.

38. Смоленский Н. И. Теория и методология истории. М., 2008. — 272 с.

39. Тош Д. Стремление к истине. Как овладеть мастерством историка. Пер. с англ. М., 2000. 296 с. (Впервые опубликована в 1986 г.)

40. Чоротегин Т.К., Өмүрбеков Т.Н. Кыргыздардын жана Кыргызстандын тарыхы: (VII к. башы — XVIII к. аягы): Экинчи бөлүк: Орто мектептин 7-классы үчүн окуу китеби / Жооптуу редакторлору К.Үсөнбаев, Ө.Караев. — Бишкек: «Кыргызстан» басма үйү, 1998. — 128 б.

41. Чоротегин Т.К., Өмүрбеков Т.Н. Кыргыздардын жана Кыргызстандын тарыхы: (XIX к. башы — 1917-ж.): III бөлүк: Орто мектептин 8-классы үчүн окуу китеби / Жооптуу редакторлору К.Үсөнбаев, А.Асанканов. — Бишкек: «Кыргызстан» басма үйү, 1998. — 196 б.;

42. Чоротегин Т.К., Молдокасымов К.С. Кыргыздардын жана Кыргызстандын кыскача тарыхы: (Байыркы замандан тартып бүгүнкү күнгө чейин): Тарыхты окуп үйрөнүүчүлөр үчүн. – Бишкек, 2000. –160 б.

43. Хасанов А.X. Из истории Киргизии XIX века. Фрунзе, 1959.

44. Хасанов А.Х. Взаимоотношения киргизов с Кокандским ханством и Россией в 50—70-х гг. XIX в. Фрунзе, 1961.

45. Хасанов А.Х. Народные движения в Киргизии в период Кокандского ханства. М., 1977.

46. Усенбаев К.У. 1916: героические и трагические страницы.- Б., 1997.

47. Усенбаев К. У. Общественно-экономические отношения киргизов в период господства Кокандского ханства. Фрунзе, 1961

48. Усенбаев К. У. Народные движения Средней Азии в ХIХ веке (По материалам Южного Кыргызстана) — Бишкек—Ош: Фонд граждан. развития, 1998.

49. Шейшеканов Т.Б. Ысык-Көл өрөөнүндөгү 1916-ж. улуттук боштондук көтөрүлүшүнүн өбөлгө, себептери жана башталышы. 1916: Азаттык көтөрүлүшү. –Б., 2012.

50. Ясперс К. Смысл и назначение истории: Пер. с нем. 2-е изд. — М.: Республика, 1994.-527 с.

Стилистика и грамматика авторов сохранена.
Добавить статью

Другие статьи автора

Кыргыздардын байыркы мекени жана Манас эпосу: салыштырмалуу анализ

Кыргыз жаңагы. 2-макала

Кыргыз жаңагы. 1-макала

О роли носителей алтайской языковой семьи в мировой цивилизации

Еще раз об Алымкуле Лашкер башы...

Алымбек датканын татыктуу тарыхый ордун табуу жөнүндө...

1916-жылкы Улуу укөтөрүлүштүн өбөлгөлөрү жана себептери

Опубликованный «доклад Керенского» не является оригиналом, и задача кыргызских историков найти его

Кыргызско-Андижанскому восстанию 115 лет

Феномен Курманжан Датки
(часть IV)

Еще статьи

X
Для размещения комментария авторизуйтесь
Нет аватара
misson
23:39, 06 декабря 2015
Автор вначале говорит о необходимости выработки новой методологии, свободной от старой, советской, но сам опирается на советские же принципы историзма, объективности и проч. Нам надо освобождаться от российско-советской методолгии просто в силу того, что российская/советская гуманитарная наука уже с 30-х годов ХХ в. не производит ничего оригинального ни в философии, ни в политологии, ни в социологии, ни в истории. За это время наука на Западе и Незападе ушла далеко вперед. Мы же, будучи далекой провинцией (и буквально - административно, и интеллектуально) были крепко привязаны пуповиной к Петербургу/Москве, не понимая, что в гуманитарных науках сама Москва является провинцией мировой науки! Если Бартольд, Бертельс, Сорокин, Соловьев, Покровский, Бердяев еще были фигурами мировой величины, то с 40-х годов советская гуманитарная наука из-за партийно-идеологического диктата откатилась на мировые задворки. Для нас же Ковальченко, Бернштам, Абрамзон являются корифеями, на них равняются до сих пор сотни наших историков, этнографов и др. Поэтому автор, пониая необходимость преодоления методологической отсталости и зашоренности, все равно ищет новое в старом. Совсем не там надо искать новые пути. Перед новыми историками, историофилософами стоят громадные задачи и бескрайние горизонты. Для начала надо изучить работы Э.Саида, Г.Франка, М.Фуко, Ф.Броделя, Ж.Деррида, С.Амина, Дж. Абу Лугод. Да даже у Айтматова и О.Сулейменова есть контуры нового исторического мышления (хотя они и не были профессиональными историками). Потом и грамматика текста явно хромает.
Нет аватара
murych
15:31, 04 декабря 2015
"Такова логика истории...." Цитата. Хорошо, блин сказано. Без пафоса и истерики.