Добавить статью
13:26 22 Ноября 2016
Этногенез кыргызских племен в аспекте изучения проблемы происхождения тюрко-монгольских этносов: Меркиты – загадочное племя Центральной Азии
(13 часть)

(Читать сначала)

(Читать 12 часть)

Центральная Азия с древности переживала великие переселения народов. Поэтому этническая принадлежность кочевых этносов Центральной Азии является предметом научных споров не только в тюрко-монгольских, но и окружающих Великую степь странах. Среди этих этносов выделяются гурван-меркиты, оказавшие сильное сопротивление армии Чингисхана. По их истории нет отдельной серьезной публикации, кроме научно-популярной книги А.В.Тиваненко [Тиваненко, 1992, 1998]. Поэтому изучение этнической истории меркитов может пролить свет в вопросе участия их в формировании тюрко-монгольских народов в развитом и позднем средневековье.

Этноним меркит обычно воспроизводили от тотемного обозначения орла-беркута. Поскольку в тюркских языках распространен процесс перехода б<>м, из этого можно получить беркут/бургуд, или меркут/мургуд. Телеутский сеок меркут на Алтае, называвшийся также меркит, считал себя происшедшим от белоголового орла; орел ими рассматривался как птица хозяина Неба, неизменный спутник и помощник шамана [Зуев, 1970, с.85].

По народной этимологии названия трех родственных сеоков - иркит, мÿркут и меркит происходят от слова мÿркут (беркут), ибо, как повествует легенда, первопредком носителей этих этнонимов был беркут, преображенный по воле бога в мужчину [Дыренкова, 1926, с.252]. Такие же сведения имеются о роде меркут среди монголов-торгаутов (торгоутов).

Исходя из изложенных выше сведений, можно полагать, что меркиты, возможно, были потомками древнего населения Южной Сибири, почитавшего орла (беркута) в качестве своего родоначальника. Так, по Ю.А.Зуеву, тотем орла связывал меркитов с древними ариями [Зуев, 1970, с.85].

Этноним меркит связывается со словом мерген, широко распространенным в алтайских языках (считается заимствованным из монгольских языков) [Сравнительный…, 1975. 571]. М.Фасмер предположил индоиранское происхождение слова mergen (древнеиндийское mrgayus – охотник; mrgyati – охотиться) [Этимологический…, 2000. 58].

С.А.Аманжолов выдвинул довольно спорное предположение, что этнонимы бекин, бекулы и бекдели среди тюркских народов представляют собой название одного и того же племени меркитов. Корень этих этнонимов можно проследить в монгольском слове мэрк со значениями «мудрость, прозорливость, проницаемость, меткий» и в казахском берк «прочный, устойчивый, выдержанный, умный» [Аманжолов, 1958, c.65-67]. При этом нельзя не заметить, что все эти качества относятся к различным качествам орла-беркута. Это предположение основано на довольно слабой базе. Племена бекдели, бекин (тикин), меркит, бегули отдалены друг от друга не только по времени, но и по территории обитания.

Считается, что впервые – в Тан-шу - они упоминаются под именем ми-ли-гэ (в юаньскую эпоху китайцы слово «меркэ» передавали иероглифами мэ-ли-ци). Для жилья они строили деревянные срубы, крытые берестой («Юань-чао-ми-ши» упоминает только о городках, служивших меркитам опорными пунктами), и существовали охотой и коневодством. По словам Н.Я.Бичурина, милигэ в VII в. н.э. проживали в горно-таежном районе Саян и вокруг озера Хубсугул и вместе с Дубо и Эчжи составляли три аймака, входившие в состав Восточного Тюркского каганата [Бичурин, 1953, с.254].

О вхождении милиге-меркитов в состав древних тюрок свидетельствует их обозначение – мума тукюэ, т.е. «лыжные тюрки». В противовес вышесказанному, есть другие сведения – о незнании ими ни скотоводства, ни землепашества и проживании за счет собирательства, охоты и рыболовства. К тому же дубо одевались в одежду из соболиных шкур и оленьей кожи, у них существовал обычай умерших класть в гробы и ставить на горах или же привязывать на деревьях [Бичурин, 1953, с.394].

Л.Н.Гумилев меркитов помещал в Саянском или Урянхайском крае и относил к самодийцам– древним насельникам края. В ходе борьбы со своими извечными врагами – кыргызами, саянские лесовики объединялись с курыканами – «курумчинскими кузнецами» [Гумилев, 1993, с.264]. Таким образом, меркиты были лесным племенем, обитавшим между Саянами и Ангарой.

В 1180 г. 40-тысячное войско владыки кереитов Тогрула вместе с отрядами монгольских племен под предводительством Джамуки и Темучина, перевалив хребет Хаамар-Дабаан, в степи Буура-Кеере подвергло полному разгрому племя меркитов: «Три сотни меркитов, что некогда окружили Буркан, были до последнего колена развеяны пеплом. Оставшихся женщин обратили в наложниц и в домашнюю прислугу» [цит. по: Тиваненко, 1992, с.104]. Только Тохтоо-Боко и Даир-Усун, будучи предупреждены рыбаками, собольщиками и охотниками, вместе двинулись вниз по Селенге и с немногими людьми скрылись в Баргузине.

Весьма интересно, что при этом Ван-хан своей многотысячной армией загнал Тохтоо-Боко на запад от Байкала, подробности дальнейших событий неизвестны. Так, Тохтоа-Беки и меркиты, согласно монгольским источникам, воевали с монголами Чингисхана сами и в союзе с тайчиутами, татарами, Джамухой и найманским Буюрук-ханом, но всегда терпели поражение и были вынуждены отступать.

Имеющиеся факты говорят о развитии у меркитов земледелия и преимущественно коневодства. Так, следует подчеркнуть, что во время разгрома кочевий Тохтао-беки по долине Селенги были захвачены «… многочисленные табуны и княжеские юрты, и хлебные запасы» [Козин, 1941, с.35].

Слово беки – титул меркитских вождей – обозначало высший, религиозный авторитет первосвященника в шаманском значении этого выражения. Прежде всего беки и «белые» шаманы облачались в белую одежду, ездили на белом коне. В то же время древнетюркские слова бек, бег, бей означали «предводитель племени», «князь», «государь». Тюрко-монгольский термин – beki, begi - считается древнейшим заимствованием, восходящим к иранскому слову baga, baya – «бог», «король» [Дугаров, 1991, с.260–263]. У саха титул «бёгё» был наследственным и присваивался старшему из обученных воинскому искусству сыновей. У меркитов этим титулом владели только Тохтоо, наследник его Токуз. Знаменитый Тайхан или Тайхая служил общеплеменным святилищем, олицетворявшим сакральный центр этнической общности [Тиваненко, 1991, с.23].

А.Тиваненко пришел к выводу о том, что «земли забайкальских меркитов были достаточно обширными и густо заселенными, они имели отлаженное управление родственниками и приближенными Тохтао-беки» [Там же, с.25]. Рашид-ад-дин называет Тохтао-Беки государем и вождем, государем племени Мерки, эмиром меркитов, государем меркитов. «Юань-ши» именует Тохтао-Беки начальником аймака Миликэй [Там же, с. 23].

Следует признать и тот факт, что на самом деле меркиты внесли все-таки определенный вклад в становление и укрепление Монгольской империи. Так, Чагадай возразил отцу, когда тот предложил первым дать слово Джучи при ссоре о престолонаследии: «Ты повелеваешь первому говорить Джучи. Уж не хочешь ли этим сказать, что нарекаешь Джучи? Как можем мы повиноваться этому наследнику Меркитского плена?» [Козин, 1941, с.183].

Д.Д.Нимаев, утверждая, что антропонимический материал свидетельствует о монголоязычии этого племени, производит имя Тохтоа от монгольского слова тогто (хо) – «остановиться, стать» [Нимаев, 2007, с.69]. Однако подобное слово имеется и в тюркских языках, в частности в языке саха и в кыргызском.

В археологическом отношении с меркитами связывается саянтуйский этап хойцегорской культуры Западного Забайкалья X–XII вв. Саянтуйцы являются преемниками хойцегорской культуры, отождествляемой с древними уйгурами. Поэтому А.В.Тиваненко считает меркитов потомками древних уйгуров, тем более, что среди них было племя уйкур [Тиваненко, 1992, с.57].

Меркиты разделялись на три племени, одним из них являлось племя хаат-хаатай. Термин хаат может быть сравним с традицией почитания хатов – реальных или мифических предков у бурят. Т.Д.Скрынникова возводит эту бурятскую традицию к угорским народам Приобья, в языке которых хатай – «покойник, череп», а словосочетание ха та – «умерший» [Скрынникова, 1997, с.175].

Название второго племени меркитов – Хоас, связывается с именем хоринского рода хуасай, по этой причине считающегося потомком меркитов. Хуасаевцы обитали на исторической прародине меркитов и сохранили историческую память о событиях 800-летней давности [Тиваненко, 1992].

По мнению Г.Н.Румянцева, хаосай (хоринцы) и хаосай (хоас) меркиты (уваз-меркиты, по Рашид-ад-дину) находятся в генетическом родстве; иначе говоря, этот бурятский род происходит от меркитов и включен в состав хори-туматов в XIII в. [Румянцев, 1962, с.241, 242].

Ц.Б.Цыдендамбаев, приняв во внимание тот факт, что слово «сай» встречается в качестве названия местности, пришел к выводу: «бурятское хуа в этнониме хуасай могло получиться из куба» [Цыдендамбаев, 1972, с.101]. Действительно, хуасаевцев иногда пишут хубасаевцами. Культ лебедя распространен у хоринских бурят, среди саха лебедя считали своим прародителем, в основном, потомки Омогоя – намцы и батулинцы.

В 1208 г. армия Чингисхана через узкую тропинку проникла в густой лес и неожиданно напала на меркитов, Тохта пал на поле сражения, пронзенный метательной стрелой «хун-шубуун». Сыновья не в силах ни похоронить, ни забрать его с собой, отрезали ему голову и увезли [Козин, 1941, с.143]. После разгрома Чингисханом последнего гнезда Тохта-Беки в горах Улан-Дабан, знать из его свиты бежала в пустыню, но монгольские войска быстро перекрыли путь к воде. Преследуемые по пятам меркиты становились все малочисленнее, но продолжали долгое время организовывать внезапные рейды и атаки на проходившие мимо них монгольские отряды! [Хоанг Мишель, 1997, с.154].

Однако по другим данным, меркиты остались во владениях уйгурского идикута, но тот, напуганный Чингисханом, убил посла меркитов. Между уйгурами и остатками меркитов на р.Джем произошло сражение, окончившееся поражением меркитов [Рашид-ад-Дин, 1952, кн.2, с.153]. В 1215–1216 гг. Чингисхан против меркитов послал армию во главе с Субэдэем, который в битве на реке Джем разбил их и вновь послал доклад о полном их уничтожении [Там же, с.178].

По другим данным, после разгрома в 1205 г. уцелевшая часть меркитов бежала на запад, за горные проходы Алтая и Тарбагатая. Чингисхан приказал построить для воинов множество повозок и укрепить их железными гвоздями, а для Субедей-бахадура выковать особую железную колесницу. Окружив меркитов, он не ушел до тех пор, пока «…никого из них не осталось (в живых), кроме самого младшего сына (Куду), по имени Мэргэн» [Рашид-ад-Дин, 1952, к.2, с.78, 154]. Сыновья меркитского Тохта-Беки были уничтожены Субэдэем на р.Чуй. В этих сражениях вроде бы были убиты и все родственники Тохта-Беки, кроме Мэргэна.

Владыка мира хотел навсегда покончить со свободолюбивым народом: «Чингисхан постановил, чтобы никого из (меркитов) не оставляли в живых, а (всех) убивали, так как племя меркит было мятежное и воинственное и множество раз воевало с ним». Меркиты пережили тогда настоящий геноцид: «Немногие оставшиеся в живых или пребывали в утробах матери, или были скрыты у своих родственников» [Там же, 1952, кн.1, с.116].

Этноним мекрит или бекри считается тюрко-монгольским именем народа, известного по китайским источникам как мохэ. Н.Н.Козьмин считал, что предками юкагиров являются именно мохэ [Козьмин, 1928]. Но мохэ принято считать предками чжурчжэней, потом маньчжуров. Однако прямыми предками чжурчжэней являются сушени. Мохэ же являлись мигрантами со стороны Забайкалья.

Из перевода труда Марвази, в интерпретации И.Маркварта, известно, что к тюркам принадлежит также племя марка, именуемое кун. Они ушли на Запад после столкновений с киданями из-за территориальных претензий. И.Маркварт затруднялся отождествлять название племени марка с монгольским этнонимом «меркит», так как в нем имеется палатальная гласная [Маркварт, 1914]. В труде бухарского хана XVII в. Абульгази Бахадур-хана меркиты обозначены под именем маркатов.

Рашид ад-Дин меркитов считает древним монгольским племенем, хотя они не перечисляются среди собственно монгольских племен – потомков Борте-Чино и Гоа-Марал. Западноевропейские авторы XIII в. говорят о наличии четырех монгольских племен: йека-монгал, су-монгал, «другой же [народ] именуется меркит, а четвертый – мекрит. И все эти народы имели сходную внешность и один язык, хотя между ними и было разделение по провинциям и правителям» [Карпини, 1997, с.43]. По его информации, Чингис сначала сразился с меркитами, страна которых была расположена возле земли татар, их также подчинил себе войною. После этого он сразился против мекритов и их также покорил [Карпини, 1997, с.44].

Пелльо и Пейнтер видели в этих мекритах кераитов. При этом они исходят из того, что согласно Вильгельму Рубруку, Унк правил народом, именовавшимся крит и меркит. Отсюда делается вывод, что народ crit (мекриты) есть кераиты. Следовательно, мекриты возможно появились в результате объединения кереитов и меркитов. Д.Поспеловский, который берет за основу сведения Марко Поло, считает, что мекриты –это большое племя, занимавшее земли юго-восточнее Байкала, и что францисканцы разграничивают мекритов и меркитов не только терминологически, но и территориально. Надо напомнить, что, по Марко Поло, мекриты занимались оленеводством и охотничьим промыслом. М.П.Алексеев отождествлял мекритов с тунгусами. По А.Г.Юрченко, историко-этнографической загадкой является то обстоятельство, что в местности Баргу, куда, согласно ССМ, бегут меркиты, до них обитали лесные племена мекритов – оленеводов [Юрченко, 2002, с.158–160]. Вся проблема заключается в том, что меркиты могли уйти в страну оленных мекритов – в Баргузинский край. Носителей этнонимов мекрит, вокарай, удуит или увас-меркит можно отнести к осколкам древних мохэ.

Тохтоо-Бёкё после поражений от монголов Чингисхана и Тогрула обычно уходил в страну Баргучжин. Род увакасиль или вокарай в составе забайкальских эвенков связывают с мекритами-меркитами. Среди тунгусов восточного побережья Байкала встречается Вакарайский род, включавший как коневодов, так и оленеводов [Туголуков, 1980, с.162].

У эвенков можно встретить предания о борьбе с народом железных богатырей «бекри», у которых и кони были закованы в железо. Они потерпели поражение и были ассимилированы тунгусами-эвенками [Туголуков, 1985, с.190]. Однако Д.Д.Нимаев предпринятое В.А.Туголуковым сопоставление этнонимов меркит – бекри с тунгусским вокарай считает слишком натянутым [Нимаев, 2007, с.68].

Мекритов Марко Поло часть исследователей размещают в Алтайском крае, указывая, что о долине Баргу он рассказывает вслед за сюжетом о горе Алтай, где погребают монгольских ханов. В качестве этой долины даже указываются Барабинские степи. Так вот, Барабинские степи часто указываются в качестве прародины саха в трудах исследователей XVIII-XIX вв. Но описание Северного моря и чрезвычайно холодной области очень походит на близость областей, лежащих вблизи Ледовитого океана. Поэтому здесь можно усмотреть указание на наличие двух разных групп мекритов.

Согласно Рашид-ад-Дину, меркиты и мекриты являются одним и тем же этносом: «Их также называют племенем удуит, хотя некоторая часть монголов называет меркитов мекритами, смысл обоих (названий) один и тот же» [Рашид- ад-Дин,1952, с.114]. Меркиты-калмыки издавна входят в Эркетеневский улус Калмыцкого ханства и в конце XIX в. здесь сохранились 2 аймака меркитов: хо-меркит и ики-меркит [Авляев, 2002, с.106–108]. Слово хо – благородный, возможно, связано с названием хоас-меркитов, возводимым к тотемному обозначению лебедя – куба. Калмыки в начале ХVIII в. рассказывали Г.Ф.Миллеру об упорной борьбе своих предков с Чингисханом под руководством вождя Тохабеги-хана [Миллер, 1937, с.179].

Калмыцкие меркиты считали себя находящимися под особым покровительством самого «Лу» – дракона, так как его спас и помог в постигшем его несчастье представитель меркетов [Авляев, 2002, с.106–108]. Интересно, что, по данным Рашид-ад-Дина, монгольские урянкаты кричали во время грома и молнии [Рашид-ад-Дин, 1952, с.156]. По гипотезе С.М.Ахинжанова, хи или уранхайцы был народом дракона [Ахинжанов, 1989, с.146]. Поверие о том, что молния исходит из некоего животного, подобного дракону, существовало и среди монголов [Рашид-ад-Дин, 1952, с. 156]. Следовательно, калмыцкие меркеты могут иметь монгольское происхождение, хотя выкрикивание во время грозы и было урянхайским обычаем.

Мукрины или мекри (бекри) обнаруживаются и в Уйгуристане, куда они проникли еще в глубокой древности. После распада державы Таншихая возникла «Западная сяньбийская орда», состоявшая из дружин, оставшихся на завоёванной территории. Сяньбийцы включали всех покорённых в свои войска, поэтому западных и восточных «мохэ» следует считать народом одного происхождения [Гумилев, 1961].

Это племя можно найти в составе тюргешей в тесном сожительстве с родами согэ и алишэ. В исторической литературе по поводу «мукри» высказано два мнения. Маркварт отождествлял их с меркитами. По Л.Н.Гумилеву, мукри не могут быть меркитами потому, что перестановка согласных здесь ничем не оправдана, к тому же меркитов нельзя назвать народом, близким к Чаньани-Таугаст. Э.Шаванн полагает, что «мукри» – это приамурский народ тунгусского племени, впоследствии называемый китайцами «мохэ» [Гумилев, 1993, с.342]. К тому же меркиты не были близки к сяньбийцам-тоба ни этнически, ни территориально.

В источнике XIII в. в Восточном Туркестане зафиксированы «мукри». Рашид-ад Дин сообщает о них следующее: «Племя бекрин, их также называют мекрин. Жилище их находится в стране Уйгуристан, в крепких горах. Они не монголы и не уйгуры» [Рашид-ад-Дин, 1952, с.149]. Эти мекрины были хорошими ходоками по горам – скалолазами (киачи). Это войско составляло одну войсковую тысячу (хазарэ) [Рашид-ад-Дин, 1952, с.70].

В монгольскую эпоху область мукринов составляла удел Хайду, внука Угэдэя, и затем, по-видимому, вошла в Чагатайский улус. Когда власть чагатайских ханов пала и в степи организовывался узбекский племенной союз, то в числе вошедших в него племен были и мукрины [Грумм-Гржимайло, 1926, с.533].

В свое время Хулагу и его преемники взяли в Персию значительное число тянь-шанских мекритов как людей, способных в горной войне. В сочинении Низам-ад-дин Шами «Книга побед» имеются сведения о людях из племени мекритов, оказавших огромные услуги в завоевании Тимуром горных крепостей и башен Кавказа [Золотая…, 2003, с.333].

Впрочем, у Шереф эд-Дина упоминается о современнике и друге Тимура Мубарек-шахе меркитском, начальнике тысячи, управлявшем частью Тянь-шаньского нагорья к югу от р.Нарын. О меркитах (мекритах) в армии Тимура говорится как о горцах, которыми Тимур пользовался в горных войнах наряду с бадахшанцами в самых исключительных случаях. Отсюда Грумм-Гржимайло считает, что после своего бегства из-за Саян они заселили в пределах Джагатайских владений труднодоступные горные области, что и позволило им сохранить навык к преодолению самых трудных подъемов. Интересно, что имя меркит (мекрит), как родовое, удержалось в Притяньшанье до XVII в. Кость меркит встречается среди чулышманских телесов, телеутов, киреев и других тюркских племен, населяющих Алтайско-Саянское нагорье, а также у башкиров [Грумм-Гржимайло, 1926].

В грузинских летописях знаменитых скалолазов из войска Тимура называют курдами: «В один четверг вечером курд по имени Бичаг из племени микри, которые являются прирожденными мастерами лазить по скалам и стенам, лезть на деревья и столбы, тот человек тайно пробрался в крепость, а ночью вернулся и захватил с собой козу. Отобрали проворных и расторопных молодцов во главе с Бичагом микри, чтобы те по лестницам забрались в крепость» [Царсадан Горгиджанидзе. История Грузии. Сайт «Восточная литература»].

В Северо-Восточном Курдистане самым многочисленным племенным объединением является мукри. Территория расселения мукри (Мукристан) находится в бассейне р.Малый Заб и оз.Урмия. В XIV в. тюрко-монголы, покорившие часть территории края, частично потеснили остальное население. Тюрко-монгольские элементы отражены также в топонимике края, в таких названиях, жак Сулдуз, Секкез, Соуджбулак, Ахтечи, Джагатау-чай, Татаву-чай и т.д. (сайт Курдистана). Среди мелких туркменских племен встречается племя под названием мукры. Я.Р.Винников возводит этноним к древнему народу мукры. Среди туркмен также имеются род марха [Атаниязов, 1988, c.88].

Этноним мекри (бекри) связывается с именем мукринов – потомками древних мохэ (мукрин считается санскритской транскрипцией имени мохэ). В древнетюркских текстах можно встретить обозначение страны Бокли. Обычно считается, что под этим названием древние тюрки знали древнекорейское царство Бохай (мохэ), или Когуре. Бокли по звучанию совпадает с названием мукри (мохэ) [Гумилев, 1993, с.341].

В китайских названиях «уцзи» и «мохэ», корейском «мульгиль» и «мальгаль», тюркском «муглиг», санскритском «мукри» Э.В.Шавкунов видит различные варианты одного и того же имени, реконструированного как «монголи». Следовательно, через корейское мульгиль, которое представляется древним китайским прочтением этнонима мохэ, можно придти к монголам [Шавкунов, 1968, с.29]. Еще Н.Я.Бичурин предполагал, что свое имя монголы могли позаимствовать от хэйшуй мохэ [Бичурин, 1953, с.376].

По данным «Цзинь го чжи» (в переводе В.П.Васильева), датани (монголы Темучина) были с чжурчжэнями «одного рода, потому как те и другие потомки мохэсцев». Таким образом, по В.П.Васильеву, монголы вышли из более восточной страны – Маньчжурии [Кызласов Л.Р., 1992, с.149].

В итоге, мекритов можно отнести к потомкам мохэ-мукринов. Обитавшие в Восточном Туркестане мукрины соотносятся с мохэ, их поздние потомки – племя бекрин; они же упоминаются во времена Тимура как горцы-мекриты. Упоминаемые в Танскую эпоху рыболовы и охотники милиге были представлены как одно из племен древних тюрок, они представляются отуреченными в древности самодийцами. К тому же антропонимы и топонимы меркитов Забайкалья предполагают их этническое родство не только с этническими предками калмыков и бурятов, но и тюркоязычных саха.

К концу XIII в. относится сообщение Марко Поло о том, что в долине «Бангу» (Баргу) живут дикие охотники и скотоводы «мекри». У них много оленей; на оленях они ездили. Нравы и обычаи у них, как у татар, они якобы тоже признавали власть великого хана. Эти «мекри» проживали в местности, где зимой из-за великого холода не жили ни зверь, ни птица. А летом они охотились на зверей и птиц. По утверждению Марко Поло, через сорок дней можно дойти до моря-океана, где есть горы, где соколы–пилигримы вьют гнезда. Место это, якобы, находится так далеко на севере, что северная звезда остается позади к югу [Марко Поло, 1997, с.239].

Считается, что упоминаемая в рассказе Марко Поло долина Баргу, где есть море-океан, это Байкал с островом Ольхон, на севере которого есть долина Баргузин. Однако в другом месте сочинения Марко Поло, при рассказе о «Росии», вновь встречается сюжет о море-океане с островами, на которых водились орлы-кречеты, привозимые великому хану [Марко Поло, 1997, с.370]. Отсюда ясно, что речь может идти только о Великом Ледовитом океане, его морях и островах, а не о Байкале, поскольку на Байкале после походов Чингисхана меркитов не осталось – они либо были истреблены, либо бежали, либо были насильно переселены в чужие края.

М.П.Алексеев и Г.Юль в мекритах видят тунгусов, а не тюркское или монгольское племя. Более того, Юль в этом описании усматривает ясное указание на ландшафт между Якутском и Колымой, замечая при этом: «очевидно М.Поло получил сведения от очевидцев». При этом приводится цитата из описания путешествия Врангеля, где последний говорит о природе и фауне Нижне-Колымска [Алексеев, 1941, с.38].

Эта страна в отличие от монгольских степей, имела «много озер, прудов и болот», притягивавших стаи перелетных птиц. Арктика и образ жизни его обитателей наглядно видна в описании Марко Поло: «Питаются также птицами… Птицы, когда линяют, так пребывают в этих местах. Когда же совсем оголяют, так не могут лететь и их ловят тогда, сколько хотят. Едят также рыб» [Алексеев М.П., 1941, с.34]. Именно в описании мекритов впервые обнаруживается описание образа жизни, который в дальнейшем становится характерным для саха и разных тунгусских групп. Так, мекриты разделялись на группы скотоводов и оленеводов, большую роль также играла охота на птиц и зверей.

Как писал А.Ф.Миддердоф: «Мастерскою рукою, немногими, но меткими чертами изображает Марко Поло и страну и ее кочевых обитателей в том самом роде жизни, какой они ведут и доселе. Множество озер и болот, полных рыбой и дичью; соседство океана, убой облинялой дичи; порода оленей, употребляемых для верховой езды и вместе в пищу за неимением ни хлеба, ни вина; переселение птиц и зверей на зиму, по причине невыразимой стужи; соколы-голубятники и белые куропатки, хотя последние описаны не довольно ясно: все это очаровывает знатока Сибири поразительной верностью изображения» [Миддендорф, 1869, Ч.1., с.63]. По его указанию, «и в области Тунгускиных гор и Станового хребта... олень служит первобытному человеку столько же вьючным, а вместе с тем и верховым животным» [Миддендорф, 1869, Ч.2., с.494].

Таким образом, Марко Поло явно свидетельствует о наличии племени мекрит после вердикта Рашид ад-Дина о полном истреблении меркитов войсками Чингисхана. Вопросы вызывает также этническая характеристика племени мекритов. Верховая езда на оленях и конях позволяет отождествлять их с конными и оленными группами эвенков, сформировавшимися в Забайкалье. При этом конные мекриты, оставшиеся в Витиме и в Баргузине, могли быть ассимилированы тунгусами.

В Баргузинской долине распространены предания о племени бекри, с которыми предки эвенков воевали. Исследователи в них видят меркитов или мекритов. Постольку они также под именем вокарай вошли в состав витимских эвенков, их следует отождествить с конными эвенками. Тюркоязычные меркиты могли оказать этнокультурное влияние на подвластное эвенкийское население таежной зоны Баргузино-Витимского плоскогорья. В результате этих процессов на протяжении XII-XIV вв. мог образоваться тюркоязычный якутский этнос. Возможно, именно они были известны под именем мекритов.

В эвенкийском фольклоре рассказывается о конных вокороях, вооруженных железными пиками, защищавших свои лица железными масками. Нападая на эвенков, они убивали мужчин и мальчиков, а женщин и девочек уводили с собой. Борьба между вокороями и эвенками «продолжалась столетия». Согласно М.Г.Воскобойникову, все роды баунтовско-витимской тайги объединялись в единый народ, противостоявший вокороям [Воскобойников, 1965, с.19, 35-36]. По материалам П.Малых, эвенки-оленеводы изображаются как «орочены», а их противники «вокорой» - как «тунгусы». В этом В.А.Туголуков видит противопоставление оленных и скотоводческих групп эвенков [Туголуков, 2013, с.170].

В предании, записанном А.А.Дзевенисом у кангаласцев, «завоеватели» изображаются следующим образом: у них «даже рога выросли от жадности и крови людей, которых они убили. Эти злые люди были вооружены железными мечами и щитами, а у эвенков были деревянные копья и мечи да кожаные щиты» [цит.по Туголукову, 2013, с.170].

По предположению В.А.Туголукова, часть вакараев еще до появления русских, мигрировала из Северного Забайкалья в более северные районы Сибири. Путь вакараев в северную Сибирь был довольно извилистым. Сначала они, остановились на правобережье Лены возле устья Витима, где воевали с моногирами, затем перешли на правобережье Лены, где вошли в контакт с тамошними эвенками. Дальше вакараи пошли в низовья Нижней Тунгуски и оттуда в низовья Енисея. Из низовьев Енисея вакараи по тундре и лесотундре двинулись на восток – на правобережье нижней Лены. Между низовьями Индигирки и Колымы они смешались с юкагирами и образовали смешанный юкагироязычный род Вагарил. Побывали вакараи и на Чукотке. Об этом свидетельствуют топонимы Вакривай и Чаван-Вагорин. Около середины XVII в. часть вакараев ушла с северо-востока Сибири на юг, в бассейн Амгуни, где приняла участие в этническом формировании негидальцев. Часть вакараев вернулась на свои старые пепелища в Северном Забайкалье [Туголуков, 2013, с.170-172].

Как считает В.А.Туголуков, несомненно «вакарай» или «вокорой» - эвенкийская огласовка более древнего тюркского этнонима «меркит». В свою очередь в тюрко-монгольских этнонимах «мекри» и «мукрин» принято видеть представителей этноса, известного в китайских хрониках под именем Мохэ. Именно мохэ принято считать этническими предками не только чжурчжэней, но и тунгусов. Следовательно, вакараи – меркиты могли быть изначальным тунгусоязычным этносом, который принес тунгусский язык на Север Сибири. Часть их известная под именем меркиты, находясь долгое время в тюркском окружении видимо давно была отуречена, и в таком виде подверглась еще влиянию монгольских языков.

Отдельное племя бекрин (мекрин), обитавшее в горах Тянь-Шаня растворилось в составе кыргызов и уйгуров. Проникновение тунгусо-маньчжур столь далеко, вглубь Центральной Азии, конечно, удивительный факт, но вспомним передвижение сяньби и жужан (авар?) в раннее средневековье вплоть до Средней Азии и поэтому можно согласиться с наличием тунгусоязычных мукринов (мохэ) в Восточном Туркестане. Нами приведены сведения о племени мекрит (вокарай), вероятно, какой-то ветви мукрин (мохэ) на Северо-Востоке Азии. Хотелось бы узнать и более подробные этнографические, языковые и археологические о племени бекрин (мукрин) в горах Восточного Туркестана. Племя мекрит в составе кыргызов, возможно, потомок этих бекринов и не имеет отношения к беглым меркитским воинам XIII в.

Этнонимы мекрит и меркит имеют разные значения. Этноним мекрит от мукрин-бекрин связан с народом мохэ и однокоренное слово с титулом бек-бёгё. Возможно, мекриты никогда не жили в Центральной Азии, если не считать бекринов Восточного Туркестана и мукринов в составе тюргешей только их дальними родственниками. Меркиты же от тотемного обозначения мёркут – беркут, близки по имени к баэрку и баргутам, но в китайских источниках они обозначаются под именем милиге, такое же племя имелось в составе дубо в VII в.

Читать продолжение

Стилистика и грамматика авторов сохранена.
Добавить статью

Другие статьи автора

Этногенез кыргызских племен в аспекте изучения проблемы происхождения тюрко-монгольских этносов: племя Тумат
(21 часть)

Этногенез кыргызских племен в аспекте изучения проблемы происхождения тюрко-монгольских этносов: Баргуты - поиск потомков в евразийском регионе
(20 часть)

Этногенез кыргызских племен в аспекте изучения проблемы происхождения тюрко-монгольских этносов: Бома (алаты) – предки алат кыргызов
(19 часть)

Этногенез кыргызских племен в аспекте изучения проблемы происхождения тюрко-монгольских этносов: Ангарская провинция кыргызов
(18 часть)

Этногенез кыргызских племен в аспекте изучения проблемы происхождения тюрко-монгольских этносов: Алтайцы – этнос, наиболее близкий к кыргызам
(17 часть)

Этногенез кыргызских племен в аспекте изучения проблемы происхождения тюрко-монгольских этносов: Проблема происхождения хакасов
(16 часть)

Этногенез кыргызских племен в аспекте изучения проблемы происхождения тюрко-монгольских этносов: Этнонимы «бурут» и «бурят» имеют единое происхождение?
(15 часть)

Этногенез кыргызских племен в аспекте изучения проблемы происхождения тюрко-монгольских этносов: Монгольские народы и кыргызы - общность исторических судеб в Центральной Азии
(14 часть)

Этногенез кыргызских племен в аспекте изучения проблемы происхождения тюрко-монгольских этносов: Загадочное племя кереитов
(12 часть)

Этногенез кыргызских племен в аспекте изучения проблемы происхождения тюрко-монгольских этносов: Найманы и кереиты: исчезнувшие племена «неизвестного происхождения»?
(11 часть)

Еще статьи

X
Для размещения комментария авторизуйтесь
АКИpress. Новости Кыргызстана, которые интересуют всех.


Закрыть