Добавить статью
10:51 1 Декабря 2016
Этногенез кыргызских племен в аспекте изучения проблемы происхождения тюрко-монгольских этносов: Монгольские народы и кыргызы - общность исторических судеб в Центральной Азии
(14 часть)

(Читать сначала)

(Читать 13 часть)

Глава IV. Монгольские народы и кыргызы: общность исторических судеб в Центральной Азии

Монгуши и монголы – близкие этнонимы или один этнос?

Из советских исследователей Л.Л.Викторова специально занималась этой проблемой. В ее монографии, говорится об этнической преемственности монголов от группы племен дунху: ухуаней и сяньби, жужаней и шивей; в то же время, она приходит к мнению о возможном тюркоязычии ряда племен средневековых монголов. К тому же наличие племенных названий средневековых монголов среди современных тюркских народов, позволяет утверждать исследователям из тюркоязычных стран утверждать о возможном тюркоязычии Чингисхана и его воинов.

В последнее время накоплено много данных, подтверждающих монголоязычие сяньби, жужаней, киданей; по китайской традиции относящихся к потомству дунху. Нет сомнения и в монголоязычии собственно монголов в XIII в. Имеются армянские летописи с монгольскими словами, сохранился мусульманский словарь на монгольском языке Мукаддимат-аль-адат.

Прародителем монгольского этноса считается Буртэ-Чино, т.е. Сивый волк. Волка – бури в качестве прародителя почитали древние тюрки. Имя тотемного прародителя древних тюрков Л.Н.Гумилев выводил от сяньбийцев, постольку имя династии Ашина сходствуетс чино-шоно – обозначения волка в монгольских языках.

Монгольское племя времен Темучжина в политическом и этническом составе имело отличия от монголов эпохи империи, в состав последних вошли остатки Найманского, Кереитского, Меркитского и Татарского ханств. Таким образом, хамаг-монголы и йека монголы, как и потом халха-монголы, различные политические образования, имеющие единое этническое ядро. О возможной принадлежности найманов, кереитов и меркитов к тюркоязычным или монголоязычным народам переломано много копий. Сторонники монголоязычия указывают, что на основе литературного письменного монгольского языка, на котором написано Сокровенное сказание, лежит язык племени найманов. Диалект кереитов видят в языке монгольского словаря «Мукаддимат-аль-адаб». Сторонники тюркоязычия этих племен, опираются на тюркское объяснение антропонимов и титулов, а также отнесение Рашид-ад-дином их к тюркским племенам, которые стали называться монголами, хотя в древности не признавали этого имени.

По сведениям Рашид-ад-Дина, предки монголов преодолели высокие горы. Поэтому часть исследователей считает, что монголы жили по обоим склонам Большого Хингана, а иные считают, что они до переселения жили восточнее Большого Хингана, Комаи Ёсиаки полагал, что монголы жили по южному берегу р. Амур. Древние монголы жили в местности Эргунэ-Кун, где пасли скот и плавили железо. Однажды они расплавили горный склон и обнаружили проход, ведущий через горы. Среди вышедших из Эргунэ-Кун был Бортэ-Чино. Время преодоления Большого Хингана и движения на запад, в верховья Керулена и Онона определяется серединой VIIIв. [Кычанов, 2010, с. 204].

Исследователи время переселения с Аргуни на Орхон относят к периоду после 840 г. когда пал Уйгурский каганат и территория современной Монголии опустела [Кычанов, 2010, с.205]. Но нельзя не обратить внимание на сходство древнетюркского и древнемонгольского генеалогических преданий, сюжет с расплавлением горы и выходе из горной теснины. Древние тюрки, выйдя из горных теснин Горного Алтая оказались на Орхоне, где создали свой каганат в VIII в. Следует обратить внимание на тот факт, что легендарные монгольские ханы обозначаются термином хакан, как древнетюркские каганы.

Волк, в источниках в качестве тотемического предка Чингисхана названный Бортэ-Чино, был тотемом рода чино. Б.Р.Зориктуев обращает внимание на тот факт, что борджигины тоже выделились из состава чиносцев [Зориктуев, 2011, с.14]. Л.Билегт время ухода предков монголов в Эргунэ-кун предложил датировать 308 или 358 г. [Билегт, 1993, с.108].

Считается, что этноним монгол известен еще с VIII в. В составе шивейских племен упоминается небольшое племя мэнгу-шивей, обитавшее примерно там, где располагалось легендарная прародина монголов – на Аргуни. Китайские источники монголов обозначали под именем мэнгу. Спорным является и размещение мэнгу – монголов нанесших поражение чжурьчжэням в середине XII в. Отождествляя их с хамаг-монголами Трехречья, во главе которых стояли легендарные каганы Амбахай, Хутулу-тайши; размещают их в территории Северной Монголии, известного как Бурхан Халдун. Но есть и мнение, размещающее хамаг-монголов в территории Амура.

Многочисленные племена шивеев, населявшие в V-VIII вв. территорию Восточного Забайкалья, Амура и Маньчжурии считаются предками монгольских народов. Сам этноним воспроизводится как сибир. Есть и прямые потомки шивеев – монголоязычная народность сибо. Монголоязычность шивеев опирается на утверждение китайского летописца о сходстве их языка с киданьским. Сейчас почти доказано, что кидани были монголоязычными, чем тунгусоязычными. Описание быта шивеев, как народа разводившего быков и занимавшегося табунным коневодством в северных условиях, мотыжным земледелием и подледным рыболовством свидетельствует о древности формирования ХКТ монгольских этносов. Этноним татар да-да заменяет более ранний шивей в китайских источниках.

В сочинении Рашид-ад-дина подчеркивается этническая преемственность средневековых монголов от легендарного предка тюркских народов Огуз-хана. Тем самым подчеркивается огузское или телеское происхождение монголов. Обычно версия Рашид-ад-дина и других монгольских авторов не рассматривается всерьез исследователями этногенеза монголов, как отражающего заимствование домом Хулагу генеалогии тюркских народов.

В легенде о происхождении рода Чингисхана повторяются основные идеи древнетюрского генеалогического мифа. Здесь тоже можно найти волка, оленя и занятие кузнечным ремеслом. Отдаленным предком Чингиса был Бортэ Чино (Пегий волк), прародительницей и супругой волка – Гоа-Марал (Прекрасная Лань). Их потомок Дува Сохор был циклопом, его образ сравнивается с греческим персонажем Полифемом. Дува Сохор сосватал своему младшему брату Добун-Мэргэну Алан-Гоа, прародительницу рода Чингиса. Алан-Гоа чудесным образом зачала трех сыновей [Кычанов, 2010, с. 291].

На основе слова чино («волк»), образовалось имя Бортэ-Чино [Зориктуев, 2011, с. 16]. Этноним борджигин-бор, является одним из вариантов слова алтайской языковой семьи: бор/боро = серый по-тюркски и по-монгольски, где вариант боро/бурут означает волк [Крадин, Скрынникова, 2006, с.210].

Повторением древнетюркской легенды о лани и волке (волчице) в качестве тотемных предков является древнемонгольская легенда о Бортэ-Чино и Хоай-Марал. Хотя считается, легенда о выходе из Эргуне-Кун пересказывает переселение шивейских племен, вышедших из Аргуни по монгольским степям, истоки этой легенды могли уходить к временам древних тюрков. В этом смысле, привлекают интерес киданьские источники, фиксирующие наличие потомков древних тюрков в степях Монголии в X-XI вв.

В современном монголоведении утвердилось мнение о том, что происхождение и название монголов связаны с шивэйскими племенами, или с одним из них – «мэнгу шивей» [Билегт, 2008, с.178]. И.Бичурин основателями Монгольской империи считал не коренных монголов тождественных по нему по языку с древними уйгурами и тюрками, а связывал с тунгусами, прибывшими с Амура. Именно от черноречных (сахалянь) мохэ монголы получили свое имя. Предков монголов он связывал с мынву-шивэй Танских летописей, воевавших с чжурчжэнями [Бичурин, 1851, с.376, 380].

По мнению В.П.Васильева, народ «мэнгу» или «мангу» который жил в XII в. в низовьях Амура ничего общего не имел с монголами Чингисхана, а происхождение его связаны с мохэ [Васильев, 1859, с.61-69]. Опираясь на сведения сочинения «Мэн-да бэйлу» (Полного описания монголо-татар) он писал, что когда Чингисхан основал империю, перебежавшие к нему цзиньские перебежчики посоветовали ему принять это название, чтобы навести страх на чжурчжэней [Там же, с.79].

Э.В.Шавкунов племена шивей, увань, мохэ и улохоу относил к племенам тунгусо-маньчжурской языковой общности из объединения сяньби. Согласно ему, шивейские племена мэнву или мэнгу те же мохэ (монголи), отличающиеся только диалектом одного языка [Шавкунов, 1968, с.24-29].

Согласно В.Е.Ларичеву, средневековый народ мангу (мэнгу или мэну), жил к северо-востоку от основного расселения чжурчжэньских племен, т.е. на севере Приамурья и воевал с империей Цзинь в 1135-1147 гг. [Ларичев, 1990, с.79-80]. Приуссурийское военно-политическое объединение «мэнгу, мангу» которое определено как «союз ульчских племен» [Ларичев, 1990, с.79] не имела никакого отношения к кочевым племенам Монголии, объединенных в государственное образование «Хамаг Монгол».

По утверждению Л.Билегта, начальным моментом распространения названия «монгол» является выход из Эргуне-кун четырех самостоятельных племен: кият, нукуз, урянкат и кунгират. Первое составляющее имени эргунэ-куновского племени «монгол» связано не с обозначением реки Амур и одного из его притоков, а с тунгусским словом «монг, манг» - сильный, тяжелый [Билегт, 2008, с.58-59]. С этим определением названия монгол можно поставить в связь имя основного племени монголов кият от среднемонгольского слова киян «большой поток, текущий с гор в низину: бурный, быстрый, сильный» [Рашид-ад-Дин, 1952, с.154].

По словам Б.Р.Зориктуева, к середине X в. было полностью завершено формирование дарлекинской группы монголов. В ее состав входили роды и племена: нукуз, урянкат, кунгират, икирас, олкунут, куралас, элджигин, кунклиуют, ортаут, конкотан, арулат, килингут, кунджин, ушин, сулдус, илдуркин, баяут, кингит. Все они имели единое имя монгол, а их общим предком был Бортэ-Чино. Корень и ствол родословного древа составляют предки Чингисхана из рода чино (нукуз), являвшегося основным в составе дарлекинов. Со временем род разрос, из него после середины X в. образовались нирунские роды, составившие крону родословного древа. Б.Р.Зориктуев считает, что именно нируны унаследовали от дарлекинов их древнее имя монгол [Зориктуев, 2011, с.66].

Интерпретация этнонима нукуз как образование множественного числа от монгольского слова нохой (собака) была предложена монгольскими историками Г.Сухбаатором и А.Очиром [Крадин, Скрынникова, 2006, с.206]. Этноним тайджиут связывается с волком, в алтайском героическом эпосе имя героя звучит как Ак-Тойчи (Белый Волк), в контексте чего этноним тайджиут интерпретируется как волки [Крадин, Скрынникова, 2006, с.191]. Н.В.Дашиева отмечала бытование пучка значений с корнем манг (медведь) у тунгусоязычных народов Приамурья, «которые Амур называют Мангу, а в значении “амурские” применяют термин “мангуни”, происходящий, по ее мнению, от обозначения медведя – предка Манги» [Дашиева, 2001, с.133].

По версии Н.Н.Крадина и Т.Д.Скрынниковой, тотемные образы Бортэ-Чино и Гоа-Марал показывают деление монголов на две группы (нукуз и кият), тотемами которых были волк и олень. Этнонимы чинос, нукуз и тайджиут взаимосочетаемы. Термины (тайджиут-нукуз-чино-борджигин-Бортэ Чино – воинский союз волков и кият-монгол-Гоа-Марал – воинский союз медведей) демонстрируют дуальную структуру властвующей элиты [Крадин, Скрынникова, 2006, с.196].

В легенде о Бортэ-Чино и Хоай-Марал выражен супружеский союз между волком и ланью, которые олицетворяют дарлекинские роды монголов Эргуне-куна и тюрко-телесский этнос около Байкала [Зориктуев, 2011, с.62]. Характерно мнение Б.Р.Зориктуева связывающего тотемный образ лани/олени с тюрко-телесскими народами. Так и образ волка-волчицы в этногенетическом мифе древних тюрков и уйгуров связывали с сяньбийским родом Волка-Шоно. Все это показывает преемственность между древними тюрками и монголами, их этнокультурные контакты в древности.

Т.Д.Скрынникова и Н.Н.Крадин предполагают, что Эргунэ-кун стал центром политии, который образовался в результате взаимодействия аборигенов (монголов) и тюркоязычных мигрантов туцзюэ в результате распада тюркских каганатов [Крадин, Скрынникова, 2006, с.206]. А.Г.Малявкин, изучавший танские хроники, пишет о поселениях туцзюэ – древних тюрков после распада Орхонского каганата севернее Великой Китайской стены [Малявкин, 1989, с.33-34].

Название монгол уже в XII в. объединило под своим крылом ряд племен, имеющих различное этническое происхождение. Так племя хушин обнаруживаемое в составе крупного казахского племени уйсын сходствует с именем древнего племени усуней, считающихся индоевропейцами. Имя племени куралас или хорилар, совпадает с этнонимами хори-тумат, хоро и курыкан. Собственно, из этого племени вышла Алан-гоа, прародительница монгольского племени. Постольку именно с нею связывается происхождение династии монгольских ханов, то это племя в древности могло занимать высокое место в иерархии кочевых племен Великой степи. Показательным является название племени хунгират или хонкират, примыкающего к группе племен вместе с кураласами и харанутами. Их также называли по-разному: унгираты, кунграты, унгеры, конграт. Эти названия напоминают венгерское обозначение гуннов, ставшего одним из самоназваний венгров-мадьяр: хунгар. Вероятно, это название является весьма древним и восходит к хуннам. Об этом свидетельствует и тот факт, что монгольские ханы получали свой титул только после женитьбы на девушке из этого племени, проживавшего рядом с Великой стеной.

В надписях памятника Тоньюкуку встречается этноним усунь 161201. Усун бунта аты йуртда йату чалур ерmi – «мы остались на жительство в земле, так называемой усуньской» [Айдаров, 1971]. В поэтической реконструкции И.В.Стеблевой этот отрывок из надпися в честь Тоньюкука выглядит так:

«Я войско сквозь Шаньдунь провел на океан

Разрушив города, их было двадцать три,

Остались тюрки там – живут в земле Усын» [Стеблева И.В., 1993, с.49].

В комментарии говорится, что Усын (Бунтату) – является местностью в северо-западной части Ордоса, на границе с Китаем [Там же, c. 155]. В XIII в. фиксируется наличие монгольского племени Хушин, которых смело можно считать предками казахского племени усунь. Можно установить, что потомки древних тюрок оставшихся на Ордосе восприняли имя местности Усунь. Имя древних усуней вплоть до VII в. н.э. могло сохраниться в качестве этнонима в Центральной Азии.

Наличие вероятных потомков реликтовых племен хуннов, сяньби и даже усуней в составе средневековых монголов, подразумевает их преемственную связь с жужанями. Как известно жужаны, произошли в результате объединения различных орд из степных племен Центральной Азии. К тому же обозначение жужаны – «насекомые», могло иметь иносказательный смысл, с целью отвлечь внимание от истинного тотемного названия.

Происхождение племени джалаир связывается с яглакарами – династийным родом древних уйгуров. Корень этого этнонима слово салайар – руководить, управлять. Иологиры в составе эвенков также связываются с джалаирами. Значит, джалаиры это потомки древних уйгуров. По сообщению китайских летописей, три правящих рода древних уйгуров бежали к племенам шивей и нашли у них убежище. Хотя преследовавшие их армия кыргызов сумела вернуть большую часть, какая-то часть осталась среди монголов и была распределена среди шивейских семей. Значит, в джалаирах можно увидеть потомков этих правящих семей уйгуров бежавших к да-шивеям. Среди монголов также имелось племя хатагин, название которого воспроизводит тюркские титулы хан и тегин. Среди эвенков также обнаруживается племя хатыгын, ставшее затем родом северных саха. Известно, что уйгурские знатные семьи бежали именно к да-шивеям, уроженцам Южной Якутии, которые в VIII в. обрели или завоевали новую родину в Приамурье. Постольку подчеркивается их отличие от языка других шивей – «непонятный никому язык», то следует связывать их с тунгусами – эвенками, видимо в это время проникшими в Амур. Третьим монгольским племенем уйгурского происхождения можно назвать сальджиутов. Этот этноним наличествует и в огузской среде под названием сельджук и тувинцев – салчак.

В состав средневековых монголов также входили байауты, урянкхаты, притом они считались природными унаган-боголами монголов. Имя племени байаут повторяет название телеского племени байырку. Буквальный перевод на тюркских языках названия племени байырку «богатый, могущественный» совпадает с переводом на монгольский язык имени племени баргут «богатый, могущественный». Поэтому именно баргуты считаются потомками байырку. В этой связи встает вопрос об этнической принадлежности северных теле-огузских племен: кем они могли быть тюрками или монголами?

Клановое происхождение по данным средневековых летописей имеют правящие племена средневековых монголов тайджиуты и кият-борджигины. Первое племя ведет начало от Бодуаньчара, вторая от Есугея – отца Чингисхана.

По свидетельству европейских путешественников, слово моал (могол) в татарском языке обозначало землю, а монгол – означал имя жителей земли [Юрченко, 2002а, с.108]. Это замечание очень существенно, так как из сюжетов якутского фольклора также следует, что термин Могол в старину имел сакральное значение, связанное с почитанием земли, домашнего очага. Версию о тюркском происхождении этнонима монгол выдвинул Д.С.Дугаров, выведший этимологию названия от уйгурского слова монгул, алтайского монгус – со значением «сильный, герой, боец» [Дугаров Д.С., 2000, с.204-206].

Г.М.Василевич отметила у эвенков род Монгол (в множест. форме), считавшийся очень древним и связанным своим происхождением с Приамурьем. При изучении семантики слова монгол специалисты обращают внимание и на якутские слова могол, могул, монол «большой, великий, солидный, тучный» [Татаринцев, 2009, с.182].

Согласно фольклорному источнику, предки саха, когда жили вокруг Байкала и реки Ангара, у них был кузнец по имени Тюёнэ Могол [Боло, 1994, с.71]. Еще В.П.Васильев выдвинул гипотезу о существовании двух владений монголов [Васильев, 1859, с.81, 134, 159-161, 165, 166]. В этой связи любопытно, что К.Риттер пришел к выводу, что имя «мэнгу» очень похоже по звучанию на «монгу», т.е. «монголы», «принадлежало одному племени речной области Байкала еще за два века до Чингисхана» [цит по: Медведев, 1984, с.163].

Предполагается, что монгольская идентичность была представлена женской линией. Так в имени Монголчжин-Гоа жены Борчжигидай-Мергена представлен этноним монгол. Прародительница правящей линии Алан-Гоа тоже представляет женскую линию [Крадин, Скрынникова, 2006, с.206].

Сулдусы географически связаны с лесными урянкатами, т.е. в районе Восточного Саяна – Прихубсугулья. Во втором упоминании сулдусы расселены где-то в районе удаленных притоков реки Селенги; в третьем случае упоминается, что представитель сулдусов кочевал среди тайджиутов [Нанзатов, 2008, с.387].

Большой интерес представляет племя урянкатов, так как знаменитые монгольские полководцы Субэдэй и его сын Урянкхатай, Джэлмэ происходили из этого племени. Во времена Чингисхана и его потомков, именно они проживали в местности Эргунэ-кун, отождествляемой с Аргунью.

Однако урянхайцы в летописях китайских династий упоминаются под именами улянха, волянха и нет сведений об их связи с курыканами. Например, в китайской летописи урянхаец (волянха) нарисован в короткой, распашной, меховой одежде и в коротких штанах, на передке которых прикреплен передник из листьев, ноги босые, а курыканы и туматы «подобно татарам» изображались в длинных халатах и сапогах [Василевич, 1966, с.65-77].

Эта картинка взята из китайской энциклопедии Минского периода, где изображен урянхаец Урянхаадай – сын Субудая, тоже известный полководец, там написано «Уряанхадай живет в горных лесах на северо-восточной татарской окраине. У него есть дикие кони, но нет баранов и коров, ловит рыбу, пьет кобылье молоко, тем и живет» [Форум Евразийского сервера. Электр данные. http://forum.eurasica.ru/topic32s0.html?start=0].

Лесные урянхайцы занимались охотой и выращиванием горных баранов и быков в отличие от уранхайцев племени Урянхадая – сына Субудая. Согласно Лео де Хартогу с ссылкой на Бретшнейдера и Рене Груссе, Субэдей обосновался после возвращения в 1246 г. из похода в Европейские страны на территории своего родного племени, урянхатов (к востоку от Байкала), где умер в том же году [Лео де Хартог, 2008, с.248].

Отмечается отсутствие родственных связей степных урянхатов с лесными, их упоминание в эргунэкунский период и вхождение их в состав дарлекинов – чужеродных родов, попавших в вассальную зависимость от нирунов-настоящих монголов [Рашид-ад-Дин, 1952, с.382]. Про Субудая и его племени, из Юаньши точно известно, что он происходил из монгольских урянхайцев [Никифоров В.М., 2010; Юрченко, 2006, с.59].

Указание китайских источников на восток от Монголии позволяет связывать уранхайцев племени Субэдэя с территорией Восточного Забайкалья: где расположены Становой и Явлоновый хребты. Описание уранхайцев в китайских летописях периода Юань дается иными этническими маркерами, чем описание обычных степных монгольских племен. Здесь присутствует горная местность, коневодческая культура и отсутствие одежды в виде монгольского халата. Именно так выглядели конные эвенки в описании европейских путешественников XVII в.

Безусловно, происхождение средневековых монголов будет дополняться новыми материалами. Ведь это затрагивает не только современных монголов, но и почти все монгольские, тюркские и тунгусо-маньчжурские народы. Освобождаясь от фолькс-исторических споров о первичности тюрко или тунгусоязычия монголов, надо проследить роль миграций в эпоху завоеваний Чингисхана на этногенетические процессы в Евразийском регионе.

Как видим, происхождение средневековых монголов выходит далеко за рамки этногенеза современных монголов. Средневековые монголы участвовали в этногенезе практически всех народов входивших в состав Монгольской империи. В качестве средневековых потомков монголов можно указать ногайцев, хазарейцев, татар Крыма и Казани, Астрахани и Сибири, каракалпаков, кочевых узбеков и казахов. Моголы – часть улуса Чагатая, приняли активное участие в этногенезе казахов, кыргызов и узбеков. Безусловно, современных монголов можно назвать потомками средневековых. Однако каждый этнос меняется в течении веков, отдельные части уходят в другие земли, смешивается с другими народами и дает начало новым народам.

Каждая кочевая империя дает импульс новым этногенетическим процессам, происходят массовые переселения и смешение племен, в результате возникают новые этнические образования, наследующие старые названия. В историческое время, это можно наблюдать на примере Джунгарского ханства. Из документов известно, что в образовании современных алтайцев, бурятов, хакасов и тувинцев огромную роль сыграла гражданская война и распад этого ханства.

В составе кыргызских племен встречаются названия многих племен средневековых монголов. Это дулаты, найманы, баргу, баарын. Это подтверждает мнение исследователей, что в этногенезе современных кыргызов активное участие принимали монгольские племена составлявшие государство Моголистан. Имя кыргызского племени монгушей, имеющегося в составе тувинцев, Б.А.Татаринцев связывал с этнонимом монгол. По утверждению Рашид-ад-Дина, многие тюркские племена, стремясь возвысить свое имя, называются монголами. Каждый народ, занимавший доминирующее положение в Центральной Азии, оставлял свое имя среди вероятных потомков и побежденных соседей. Такие трансформации этнонимов мы видим в отношении тюрков, огузов, татар, киданей-кытаев, кыргызов, уйгур и монголов.

Возможно этноним монгол, как и сам этнос, имеет саяно-алтайское, или древнетюркско-уйгурское происхождение. Нет в мире давно чистых народов, они были только в каменном веке, когда обитатели одной пещеры не имели связей с другими группами людей. Поэтому генеалогический миф монголов восходит к древней эпохе, когда их далекие предки только формировались. Это могли быть древние тюрки-ашина, еще дальше их предки усуни и т.д.

Читать продолжение

Стилистика и грамматика авторов сохранена.
Добавить статью

Другие статьи автора

Этногенез кыргызских племен в аспекте изучения проблемы происхождения тюрко-монгольских этносов: Баргуты - поиск потомков в евразийском регионе
(20 часть)

Этногенез кыргызских племен в аспекте изучения проблемы происхождения тюрко-монгольских этносов: Бома (алаты) – предки алат кыргызов
(19 часть)

Этногенез кыргызских племен в аспекте изучения проблемы происхождения тюрко-монгольских этносов: Ангарская провинция кыргызов
(18 часть)

Этногенез кыргызских племен в аспекте изучения проблемы происхождения тюрко-монгольских этносов: Алтайцы – этнос, наиболее близкий к кыргызам
(17 часть)

Этногенез кыргызских племен в аспекте изучения проблемы происхождения тюрко-монгольских этносов: Проблема происхождения хакасов
(16 часть)

Этногенез кыргызских племен в аспекте изучения проблемы происхождения тюрко-монгольских этносов: Этнонимы «бурут» и «бурят» имеют единое происхождение?
(15 часть)

Этногенез кыргызских племен в аспекте изучения проблемы происхождения тюрко-монгольских этносов: Меркиты – загадочное племя Центральной Азии
(13 часть)

Этногенез кыргызских племен в аспекте изучения проблемы происхождения тюрко-монгольских этносов: Загадочное племя кереитов
(12 часть)

Этногенез кыргызских племен в аспекте изучения проблемы происхождения тюрко-монгольских этносов: Найманы и кереиты: исчезнувшие племена «неизвестного происхождения»?
(11 часть)

Этногенез кыргызских племен в аспекте изучения проблемы происхождения тюрко-монгольских этносов: Татары были самым сильным племенем Монголии до возвышения Чингисхана
(10 часть)

Еще статьи

X
Для размещения комментария авторизуйтесь
АКИpress. Новости Кыргызстана, которые интересуют всех.
Закрыть