Добавить статью
13:16 5 Апреля 2017
История Баткена: следы былой промышленности и металлургии в Кан-и-Гуте – руднике погибели и забвения

Аннотация

В данной статье подробно рассмотрены история Кан-и-Гута (в переводе с фарси дословно означает «Рудник исчезновения» или «Рудник погибели») и обоснована, о том, что одной из важнейших проблем исторической науки, является изучение производства, без исследования которого немыслимо воссоздание истории народов в древности. Результаты археологических раскопок, данные литературных источников и остатки древних рудников свидетельствуют о том, что действительно они уже в глубокой древности умели разрабатывать многие полезные ископаемые и извлекать из них металлы, нерудное сырье, драгоценные камни. Эти данные являются не только «проводниками» в прошлое, но и ориентирами для современной науки.

Глубокое изучение регионов нашей республики, как известно, позволит выяснить отдельные пробелы на исторической карте современного Кыргызстана. Одной из актуальных проблем, по-нашему мнению, является изучение древнего производства, без исследования которого невозможно воссоздать истории - культуры нашего государства.

К.Маркс писал [12]: «Такую же важность, как строение останков костей имеет для организации исчезнувших животных видов, останки средства труда имеют для изучения исчезнувших общественно-экономических формаций. Экономические эпохи различаются не тем, что производится, а тем, как производится, какими средствами труда. Средства труда не только мерило развития человеческой рабочей силы, но и показатель тех общественных отношений, при которых совершается труд».

Результаты археологических раскопок, данные исторических источников и остатки древних рудников свидетельствуют о том, что люди обитавшие на территориях нынешней Средней Азии, уже в глубокой древности умели разрабатывать многие полезные ископаемые и извлекать из них металлы, нерудное сырье, драгоценные камни. То есть, развитие ранних цивилизаций начиналось с открытия, извлечения и создания специфических материалов и изделий. А расположение центров развития народов, распространение идей и их культуры определялось развитием путей сообщения (Великий шелковый путь как торговая магистраль возник в III веке до нашей эры и просуществовал до ХVI века.) и размещением, и переработкой природных ресурсов.

О минералах древних рудокопов описано в трактате А.Р.Бируни [1] и эти данные являются не только «проводниками» в прошлое, но иногда и ориентирами для современных искателей полезных ископаемых. Однако, история древней цивилизации, остаётся ещё недостаточно изученной. Люди, живущие на территориях нынешнего Баткена, в то время вели кочевой образ жизни, занимались скотоводством и охотой. Однако им уже было известно земледелие. По данным ученых, довольно развитым было металлургическое производство. Древние рудокопы добывали и обрабатывали медь, железо, золото, серебро, олово, а также развивалось гончарное, пряли и ткали шерсть, обрабатывали кожи, валяли войлок, однако беспощадное время уничтожило их следы и среди археологических находок они практически отсутствуют.

Как известно, на рубеже новой эры (конец II - начало III вв. н.э.) в Средней Азии сформировалось государство Кушанов [6]. Период существования Кушанской империи был временем наибольшего расцвета международной торговли в Средней Азии и по территории этого государства проходили важнейшие трансазиатские торговые пути. Основными товарами, которые шли из Китая, были шелк и нефрит, изделия из лака и кожи, железо и никель; из Индии - пряности, благовония, тонкие ткани; из Римской империи - стекло, а из районов Прикамья - меха. А из Кушанского царства купцы вывозили стекло, драгоценные камни, украшения.

При этом, создание централизованного Кушанского государства привело к принятию официального общеимперского языка, что повлекло за собой развитие письменности. Языком международного общения на территории Средней Азии являлся арамейский, письменность, созданная на его основе, легла в основу иранской письменности, а также согдийской и хорезмийской.

Арабские завоеватели Туркестана не были разрушителями; ислам внедрялся постепенно, и его принятие сопровождалось разного рода привилегиями, такими как денежным вознаграждением за посещение мечети. По этой причине в девятом, десятом и одиннадцатом веках страна достигла высокой степени процветания и благополучия. В связи с этим подъему горного дела в IX-XII веках, помимо общеисторических причин, во многом благоприятствовал заметный рост геологических и минералогических знаний, нашедший отражение в трудах ученых Востока - Бируни, Авиценна и другие.

А.Р.Бируни в своем трактате[1], написанной в 1038 году в разделе “Сабадж – Гагат” писал: Этот камень не принадлежит к числу драгоценных камней, и бусы из него — самые низкосортные... Знатные люди делают из него иглы для сурмления глаз, так как он не подвержен окислению. И прежде всего следует натирать им глаза, пораженные болезнью рутуба, благодаря наличию в нем нефти. По-персидски он называется шаба; этот камень густо-черного цвета, глянцевитый, очень мягкий и легкий; он горит в огне, — я слышал, что он воспламеняется, когда его нагревает солнце, — и от него исходит запах нефти, так как все [качества] его, которые мы описали, свидетельствуют о его маслянистости. Это окаменелая нефть, похожая на черные камни, которыми топят печи в Фергане и зола которых применяется затем для мытья одежды. В Фергане имеется горный хребет, в котором добываются асфальт (зифт), смола (кйр), нефть (нафт), черный воск, называемый светильным камнем (чирагсанг), затем нашатырь в районе Буттам, и там же купорос, ртуть, железо, медь, свинец, илякская бирюза, серебро и золото…».

Древние арабские географы Ибнъ-Хордадбех, Кудама, Ибнъ-Хаукал, Абдулъ-Феда и другие также оставили нам сведения о большом серебряном руднике, работавшем в IX и X вв. нашей эры и снабжавшем своим серебром всю Среднюю Азию. Из этого серебра чеканилась монета в столице Илакского правителя, в городе Тункет. До нас дошло немало монет Илакских правителей. Вообще серебряные монеты той эпохи – эпохи Саманидов – встречались даже нередко в Средней и Северной России. Так обширны тогда были торговые отношения Средней Азии. На монетах, чеканенных в г.Тункет, имеется надпись, что серебро их происходит из рудника «Кухъ-и-Симъ» (серебряная гора, по мнению ученых, серебряная гора и есть Кан-и–Гут, поскольку в этих местах именно в Кан-и-Гуте продолжалась добыча в несколько столетий [8,16]).

То было время правления династии Саманидов, основанной Саид Назаром, правителем Туркестана. Саманиды отличались любовью к культуре и образованию, и по существу вскоре стали эмирами, совершенно независимыми от халифов Багдада. Их власть распространялась не только на территорию теперешнего Туркестана, но также на северную часть Персии и Афганистана. Весь этот район получил потом название Хорассан. Здесь процветали торговля и промышленность. Дымы плавильных печей поднимались к небу; отливалось железо, медь и свинец; добывались золото и ртуть (найдены каменные аппараты, применявшиеся для амальгамирования серебра и золота); добывались драгоценные камни. Добыча угля в этой стране началась на четыре столетия раньше, чем в Европе.

С вхождением Ферганы в состав Халифата и созданием государства Саманидов о Фергане сообщают арабо- и персоязычные географы и историки (Макдиси, Истахри, Ибн Хаукаль и другие). Восточные географы при описании областей халифата особо подчеркивают богатство гор Мавераннахра от Вахана до Чача и Илака и границы стран киргизов. «В этих горах от начала до конца рудники серебра и золота и самые богатые из них те, что близки к стране хырхызов, пока они (рудники) не достигают Мавераннахра со стороны Ферганы и Илака. Самые богатые из этих рудников в области ислама в стороне Банджира и в том, что примыкает к ней» – сообщает географ Х века Истахри (Ал-Истахри является автором географического сочинения "Китао ал-масалик ва-л-мамалик" («Книга путей и стран»), составленном в 930-933 гг.) [9].

В средневековых географических сочинениях имеются сведения о полезных ископаемых Южной Ферганы, в горах Исфары были месторождения каменного угля. Сведения Ибн Хаукаля, ал-Джайхани и Худуд ал-олама о полезных ископаемых Южной Ферганы полностью совпадают с вышеприведенными сведениями ал-Истахри. В "Худуд ал-оламе" сообщается также о добыче в Фергане нашатыря, кремния, безродового и магнитного камня. …Ртуть добывается в горах Соха, а в области Нижней Нисьи находится месторождение смолы. И говорят, что в гоpax Асбара есть месторождение нефти (c.41). Месторождения бирюзы, меди, свинца и железа — все это есть в пределах Ферганы. И тот самый камень, о котором я уже говорил, что он напоминает уголь, воспламеняется и сгорает, [также] находится в этих горах. Когда он сгорает, его золу сыплют в воду и употребляют при стирке белья вместо мыла. А кроме того, в этих горах имеются камни, частью красные, а частью желтые, зеленые и белые. И от Туркестана до Узгенда в месторождениях встречается нашатырь и [добывается] тем же самым образом, как я уже упоминал, говоря о горах Буттем (с.31-32) [9].

Достоверность всех этих сведений подтверждается археологическими и топонимическими данными и современными геологическими разработками.

Так, в Сохском районе Республики Узбекистан (вблизи г.Айдеркен Баткенской области) имеются топонимы «Симоб», «Симодон», «Симкаг», «Сафедкон» и др., связанные с добычей ртути и серебра. Судя по археологическим сведениям полезные ископаемые, разрабатывались в Южной Фергане с древнейших времен. В связи с этим, по-нашему мнению, исследование старинных рудников позволяет получить определённые информации в этом направлении.

Поэтому Кан-и-Гут, в настоящее время, является уникальным объектом и является своего рода ключом к разгадке многих тайн истории и археологии, способы разведки месторождений, технологиии добычи и переработки минерального сырья и может быть, основным звеном в пределах всего природно-техногенного комплекса данного региона (см.фото).

170405

Главный вход в Кан-и-Гут

Следовательно, Кан-и-Гут должен стать объектом скрупулёзного изучения, своего рода научный полигон, на котором можно решить наряду с проблемами технической (технологической) науки и установить историческую, в том числе картину технической цивилизации того времени. То есть эти проблемы выходят далеко за рамки регионального исследования, затрагивая и многие науки, и, что ещё очень важно- актуальные вопросы человеческого развития. Наряду с этим для истории рудник имеет еще одно важное значение, так как в те времена шел через данную территорию главный торговый путь и «серебряный рудник», упоминается весьма часто в древних арабских дорожниках и потому положением этого рудника определяется положение многих древних городов, о которых мы в настоящее время знаем немного, например местонахождение столицы Илакских правителей г.Тункет.

Массон М.Е. [13], писал: "Со временем детальное археологическое изучение Тункета, безусловно, раскроет не одну страницу запечатленной в его культурных слоях летописи и проносившихся над городом событий". Раскопки должны наконец раскрыть тайну, подтвердить или опровергнуть наши предположения о местонахождении города Тункет». Таким образом, раскопки их могут нам дать богатейший материал для истории и культуры древнего Туркестана.

Рудник Кан-и-Гут в настоящее время найден и разработки его поражают своею грандиозностью. По имеющимся данным, самая легендарная и самая таинственная пещера Центральной Азии Кан-и-Гут расположена в Баткенской области, в 17 км к западу от села Самаркандек на южном склоне хребта Сары-Тоо в ущелье Заункур урочища Шадымир. Благодаря нахождению этого рудника удастся более точно определить и найти развалины древних городов: Тункета и Хаджистана. Несомненно, они дадут нам много нового и интересного относительно культуры и быта далекого прошлого.

Поэтому, можно считать, что история пещеры Кан-и-Тут, тесно связана с историей Средней Азии [8,13]. Расцвета своей известности она достигла в X-XII веках, когда стала центром добычи серебра, цинка и других ископаемых.

Первые сведения о Кан-и-Гуте имеются в трудах Абу Али ибн Синах (Авиценны). Об этом писал Малицкий в статье "Рудник погибели" [11], где, приводил перевод средневекового рассказа о Кан-и-Гуте, обнаруженного им в старинном рукописном экземпляре сочинений Авиценны [6]. Он рекомендовал перед входом прочесть молитву: «И если пойдёт по левой дороге, то пусть не желает осматривать других, дабы не потерять сил от утомления... Будет плита с письменами, согласно которым следует поступать, стеклянный чертог и люди с мечами и кинжалами в руках, которых не следует опасаться. Главное, читать стихи Корана, и вся хитрость. Начнётся же галерея - тут смотри в оба, стоит там некий человек, в одной руке которого меч, а в другой - лук. Лучше к нему не подходить. И опять будет плита с письменами, будет озеро, камни которого горят как свечи. Через 100 шагов покажется гора, дорога станет тесной и узкой. Тут цепляйся за что можешь, потому что если сорвёшься - тебе не сможет помочь даже пророк Мухаммед со всем его потомством. И там находится спящий верблюд. Глаза его блестят как алмазы. Однако впереди - встреча с огнедышащим драконом. Из пасти его будет извергаться пламя, что потребует усиленной дозы молитв, под действием которых дракон должен уснуть. Тогда имеет смысл проследовать дальше, где откроется сад с оградой из золотых и серебряных кирпичей. Конечно, несколько кирпичей можно взять, но прежде обязательно помолиться, что придаст вашему поступку вполне добропорядочную окраску. Следующая достопримечательность - две реки. В отличие от мифического Стикса царства мёртвых, эти речки вполне райские. Ибо в одной из них вода вкусная, белая, как молоко, а другая река течёт мёдом. А когда пройдёте деревья всевозможных цветов - срочно заткните уши ватой. Ещё шаг - и раздадутся такие мелодии, зазвучат такие нежные голоса, что человек тут же падает без чувств и уже не приходит в себя. Сирены - с ними шутки плохи. Есть там некое зелёное растение, съев которое, можно стать божьим человеком. Отведайте, и все семь отделений неба и земли, эмпирей и престол, рай и ад откроются вам на конце ногтя».

Таким образом, одним из наиболее крупных древних рудников, настоящим «рудничным комплексом», включавшим долговременные горные выработки и целое горняцкое поселение, был, по общему признанию, Кан-и-Гут.

В саманидское время Тункет являлся (в пределах области) одним из значительных пунктов по переплавке и, вероятно, обработке полиметаллических руд. Вероятно, сюда поступала руда не из одного, а из многих пунктов, так как X-XI вв. характеризуются сокращением мелких пунктов плавки и концентрацией металлургического производства в городах или больших поселениях. Начинается интенсивная добыча благородных металлов, которые двигались по трассам и как товар, и как денежный эквивалент.

Наиболее быстрый рост добычи золота и серебра происходит в IX-XII вв., когда Средняя Азия активно включается в международные торговые связи Евразии под эгидой арабского халифата. Растут города как центры ремесла и торговли. Средняя Азия оказывается на перекрестке ведущих торговых трасс Великого шелкового пути. Он вёл из Сианя через Ланьчжоу в Дуньхуан, где раздваивался: северная дорога проходила через Турфан, далее пересекала Памир и шла в Фергану и казахские степи, южная – мимо озера Лобнор по южной окраине пустыни Такла-Макан через Яркенд и Памир (в южной части) вела в Бактрию, а оттуда – в Парфию, Индию и на Ближний Восток вплоть до Средиземного моря. Наиболее протяженный и магистральный участок шелкового пути проходил через территории Центральной Азии, в том числе и современного Кыргызстана. Одним из первых, кто описал эту торговую магистраль, историки считают Китайского дипломата Чжань Цаня, жившего в I веке до нашей эры. В обменные операции включаются кочевники степей. Торговля требует огромной монетной массы золота и серебра. И Мавераннахр выдвигается как один из ведущих центров по поставке этих металлов. Богатства гор его были известны на Востоке. Уже при вхождении его в состав арабского халифата налоговые органы выделяют в качестве особой податной единицы «Чач и его серебряные рудники» [7].

Археологические исследования, проводимые под руководством Ю.Ф.Бурякова [10], позволили уточнить центры добычи и хронологию их функционирования. Опираясь на материалы источников, были выделены четыре крупных района разработки благородных металлов. Наиболее крупным районом добычи золота и серебра был Восточный Мавераннахр, включавший Шаш-Илак и Фергану. Восточные географы особо отмечают в нем Илак с его рудниками в Чаткале и Кураминском хребте, подчеркивая, что в Илаке – монетный двор с большим объемом чеканили монеты. Здесь размещался рудник Кух-и-Сим, известный как «серебряный рудник Шаша».

В этих рудниках добыча началась в первой половине I тыс. н.э., но основная проходка IX-XI, особенно IX-X вв. Инструментарий – железные кайлы и клинья, плиты для размола руды, наперстковидные тигли, алембики для выпаривания ртути, симобкузачи и т.д. Проходка велась штольнями, камерами и шахтами глубиной до 300 м со всеми видами крепежа рудников. В целом объем добычи золота в средневековье более чем в 600 м3, серебра – около 900 м3, что позволяет определить Илак как крупнейший центр по добыче золота и серебра. Поселение рудокопов и металлургов располагается уступами в несколько ярусов на лессовых террасах, перекрывших каменные склоны правого берега сая. Здесь выявлены остатки каменных стен домов, каменные рудотерки, керамические изделия, шлаки. По керамике выделяется несколько этапов жизни поселения: a) комплекс лепной посуды каунчинского типа IV-VI вв. н.э.; б) комплекс керамики IV–VIII вв.; в) рудничный комплекс Х–ХII вв.

Выявленный памятник представляет интерес в следующих аспектах: во-первых, это самый крупный центр плавки; в-вторых, интересна находка в нем тигля для литья железа, как одного из технологических этапов получения стали. Установлены два этапа получения железа. Первый – сыродутная плавка с получением крицы губчатого железа (первый передел) с большими добавками шлаков. Но это уже могло быть товарное сырье. Второй – проковка с выжиманием шлаков для получения в основном мягкого железа. Древние «металлурги», вероятно, использовали оба этих метода. Спрятанный глубоко в горах этот рудник был однако связан с городами Чача и Илака.

По мнению Ю.Ф. Бурякова [4], все эти материалы позволяют считать, что данный «металлургический центр» представляет перспективный объект для изучения древнего горнорудного производства Чача. Пластичные и каолиновые глины, минеральные красители, олово, свинец и другие цветные металлы, мягкий, удобный для изготовления форм сланец являлись природным сырьем для развития различных видов ремесленного производства.

Эта высокоразвитая цивилизация, эта бурная промышленная и торговая жизнь, эти процветающие города и дивные сады, всё было сметено нашествием с востока – ордами Чингисхана в начале XIII в. Монгольское завоевание, вливание монгольской крови и материальное разрушение страны привело к интеллектуальному распаду населения и временному запустению и, вероятно, привело город в запустение. Только на короткое время при Тамерлане и его непосредственных преемниках Туркестан вновь достиг некоторой степени культурного развития, однако ненадолго.

В 1850 году ездили для осмотра Кан-и-Гут коканские курбаши с несколькими работниками. Вернувшись оттуда, они разсказывали, что внутри горы есть множество проходов, и что бока их обставлены подпорками, которые сведены наверху и мешают земле обваливаться. Над дверьми в проходы курбаши заметили надписи на неизвестном им языке. При кокандском правителе Худояр-хане, в Кан-и-Гут отправляли не только осужденных на казнь преступников, но и неугодных лидеров разрастающейся империи. Все они должны были погибнуть в лабиринтах многочисленных подземных пространств или добраться до спрятанных в их глубинах сокровищ. Если они возвращались без каких-либо новых данных о месте расположения кладов, их убивали или отправляли снова в подземное царство [5].

В 1881 г. Л.И.Вилькинс и Рудановский посетили и осматривали верхние горизонты Кон-и-Гута, которые сделали устный доклад об этом в заседании Туркестанского общества любителей естествознания и антропологии. Описание доклада приводит И.В.Мушкетов в своей книге [15].

В 18 марта 1896 году М.С.Андреев и Н.Г.Малицкий, по заданию туркестанского кружка любителей археологии посещают Кан-и-Гут. Об этой экспедиции Н.Г.Малицкий напишет впоследствии в статье "Рудник погибели" [11]. Согласно Н.Г.Малицкому первоначально полость имела естественное происхождение. Углубляясь в пещеру, исследователи обнаружили и многочисленные следы ударов острыми металлическими инструментами, искусственно прорубленные переходы, галереи, лестницы, опорные балки, жерди и арчовые крепи древнего рудника.

В 1920 г. специальная комплексная экспедиция обследовала Канигут и инженер И.Г.Белов составил план и схематический профиль пещеры, а геолог И.И.Бездека установил, что она служила в основном железным рудником, но что кое-где разрабатывались и серебро-свинцовые руды. Среди собранных экспедицией памятников материальной культуры, хранящихся теперь в бывшем Среднеазиатском музее в Ташкенте, имеется несколько глиняных рудничных светильников IX-X вв., фрагментов сосудов для ртути той же эпохи и медная монета, чеканенная от имени саманида Нуха б. Насра (943-954 гг.) [14].

В 1924г. по инициативе Р.И.Бокия, правительство Туркестанской Республики утвердило проект организации комплексной Канигутской экспедиции. В состав ее входили специалисты по метеорологии, зоологии, ботанике, геологии и археологии. Экспедиция продолжалась 20 дней. Экспедицией было установлено, что в пещере когда-то добывали железная и свинцово-серебряная руда. Добывая эти руды человек еще увеличил пустоты Кан-и-Гута, пробил новые ходы, тупики и колодцы [15]. Экспедиция, обставленная всеми техническими средствами для работы в глубоких недрах земли, находилась под охраной особого отряда в составе пеших и конных красноармейцев при двух пулеметах. Результаты обследования показало, что пещера является одной из грандиознейших в мире и вместе с тем рассеяло создававшиеся около нее тысячелетние легенды, записанные еще известным ученым Авиценной. Отчет об экспедиции были опубликованы на русском языке и в Париже на французском языке.

Экспедиция произвела тщательную съемку всех запутанных лабиринтообразных ходов пещеры, ее винтообразных спусков, колодцев, пропастей и бездн, составив точный план всей пещеры и профиль ее по линии основного пути. Был обнаружен второй вход в нее. Инженер Белов изготовил схематический продольный профиль от главного входа до левого наружного выхода. На план были нанесены основной сквозной проход и лишь некоторые из боковых ответвлений. До сих пор сделанная Беловым съемка является единственным и самым подробным планом подземной системы пещеры, где указаны названия бесчисленных переходов, "залов и спусков": "Бассейн красной воды", "Зал скелетов", "Мост вздохов", "Дно второй пропасти", "Грот с верблюдом", "Лабиринт дракона" и т.д.

В 1942 г. была организована ещё одна геологическая экспедиция в Кон-и-Гут. Пещера была подробно заснята. В 1946 г. пещеру посетил известный карстовед Н.А.Гвоздецкий, о чём извещает надпись на стене недалеко от второго входа. Пещера поразила его масштабами своих гротов (Гвоздецкий, 1954).

Основной целью горных работ, проведенные в послевоенное время, являлось желание оценить размеры месторождения с целью промышленной его разработки. Именно тогда был отснят план пещеры, пройдены шахты и штольни, оказалось, что рудная залежь, уходящая вниз почти вертикально, была полностью отработана вплоть до местного уровня подземных вод[10,17].

В 1951 году разведка месторождения была закончена, запасы утверждены в ГКЗ. В 1952 году, на базе пещеры был построен свинцовый рудник и посёлок из финских домов [17]. Началась добыча свинцово-серебряных руд. Рудник просуществовал всего лет 5-7, так как шахта и горизонт, пройденные ниже самой низкой отметки пещеры, в один день были почти мгновенно затоплены прорвавшимся где-то потоком воды. Работы на этом пришлось остановить, так как попытка откачать воду мощными насосами практических результатов не дала, уровень воды почти не удалось понизить. Выработка оказалась в сильно обводненной зоне. Об этом, по-видимому, знали древние рудокопы.

На базе посёлка устроили психбольницу, но и она долго не просуществовала. Дома финские разобрали и увезли, остались только фундаменты от них и родник. Осталась только пещера.

Заключение

Члены многочисленных экспедиций (последняя международная экспедиция в Кан-и-Гут была в 2014 году), побывав практически во всех уголках пещеры Кан-и-Гут, постоянно восхищались той мудрой рациональности, с которой велись работы в Кан-и-Гуте. Несмотря на крайнюю запутанность ходов, гротов и пропастей, каждый уголок пещеры и по сию пору отлично проветривается естественной циркуляцией воздуха. Если где-то оставлен целик богатой руды, то величина и форма его - минимально возможные для того, чтобы не рухнула держащаяся на нем кровля. За обоснование таких размеров сегодняшним специалистам горного дела присуждаются ученые степени и выдаются существенные вознаграждения. Если же ход идет по пустой породе, размер его опять-таки минимально возможный для того, чтобы, ползая на четвереньках можно было протащить за собой корзину с рудой. Во многих местах пол и стены ходов до блеска отполированы телами работавших. И такая рациональность чувствуется во всем, - от маленьких кармашков, выдолбленных специально для установки чирага, до всей совокупности ходов пещеры [16,17].

В настоящее время древний рудник Кан-и-Гут, несмотря на достаточную историю современного изучения, не может быть признан изученным не только археологически, но даже топографически: планы его полостей и ярусов неполны и не всегда точны. Поэтому необходимо иметь в виду, что Кан-и-Гут, несомненно, заслуживает квалифицированного и разностороннего изучения и как археологический, исторический памятник, и как интересная минералогическая шкатулка, и как уникальное сооружение природы, усовершенствованное многими поколениями горняков.

Долгий исторический период Кан-и-Гут снабжал серебром весь мусульманский мир, Европы, Китай, а также Россию. Например, в Эрмитаже, в Санкт Петербурге, хранится целый ряд монет, извлечённых из старых хранилищ центральной и даже северной России, с надписями, что они отчеканены из серебра Кух-и-Сима в городе Тункенте». Сейчас ученых историков, возможно, интересует даже не сами рудники, но по их месторасположению на карте, в согласии с древними арабскими руководствами, можно было бы, ориентируясь по рудникам, определить месторасположение семи древних столиц Туркестана, которые исчезли, и, сверх того, нахождение города Тункента, столицы княжества Илак. Поскольку с глубокой древности Юго-Западный регион нынешнего Кыргызстана являлся зоной пересечения культур, экономических и этнических взаимосвязей оседлых народов и кочевых племен Великой степи и Илак стоял в самой активной зоне этих контактов, что раскрывает объективную базу своеобразия развития его культурно-хозяйственной жизни того времени. И наконец, ученые надеются также найти там множество очень интересных антикварных предметов домагометанского периода Туркестана и первых столетий арабского правления.

Читайте также: Горный инженер П.Назаров о пещере Кан-и-Гут и рудник-«призрак» Кух-и-Сим

Литература

1. Бируни Абу Рейхан. Собрание сведений для познания драгоценностей (Минералогия). Перевод А.М. Беленицкого. Редакция Г.Г. Леммлейна, Х.К. Баранова и А.А. Долининой. Статьи и примечания А.М. Беленицкого и Г.Г. Леммлейна. Ленинград: Изд-во АН СССР, 1963. - Серия «Классики науки». - 522с.

2. Бублейников Ф.Д. Пещеры. М.: Государственное издательство культурно-просветительной литературы,1953, С.59-60.

3. Буряков Ю.Ф. Горное дело и металлургия средневекового Илака V – начала XIII вв. – М., 1974. - С.8-15.

4. Буряков Ю.Ф. Генезис и этапы развития городской культуры Ташкентского оазиса. – Ташкент: Фан,1982. – С. 51.

5. Вельяминов-Зернов В. Сведения о Кокандском ханстве. // Вестник императорского русского географического общества за 1856 год, СПб, 1856. С.107-152.

6. Всемирная история. Том.6.Римский период. Глава 3. Государства Азии и Европы в I–III вв. н. э.

7. Давидович Е.А. О загадочных дирхемах Мусейя би Мухаммади и Гитрифи / Из истории монетного дела Средней Азии IX – X вв. – М., 1960. – с. 90.

8. Дудашвили С.В поисках сокровищ. (Часть11. Поиски под землей. Сокровища Маверанахра:Рудник погибели) Бишкек: Салам, 2009.-280с.

9. Китаб масалик ал-мамалик ал-Истахри // Материалы по истории киргизов и Киргизии (второе издание). – Бишкек, 2002. – С. 21.

10. Кожобаев К., Алмакучуков О., Матыченков В., Рейс В. Геологические заказники и туризм Кыргызской Республики.( Раздел старинный рудник «Кан-и-Гут» написан В.Е. Рейсом). - Бишкек: Издательский центр "МОК", 2003. - 164 с.

11. Малицикий Н. Рудник погибели. Приложение к Протоколу от 11 декабря 1986 года Туркестанского кружка любителей археологи за второй год его деятельности (11 дек.1986г. -11 дек.1987 г.), Ташкент: Типо-Литография т.д. «Ф. и Г. Бр.Каменские», 1987 г.

12.Маркс К., Энгельс Ф. Соч.,т.23, Москва: Политиздат,1960. – Институт Марксизма-Ленинизма при ЦК КПСС, С.191( Капитал, т.I.).

13.Массон М.Е. Рудник погибели.Фрунзе,1971.- 48с.

14.Массон М.Е. Монетные находки, зарегистрированные в Средней Азии за время с 1917 по 1927 гг. Изв. Средазкомстариса, в. ИИИ, №17, Ташкент, 1928, С.287.

15. Мушкетов И.В. Туркестан. Геологическое и орографическое описание по данным, собранным во время путешествий с 1874 по 1880 гг., С.506.

16.Назаров П.С. Древний серебряный рудник «Кухъ- и-Симъ» // Туркестанские ведомости. Ташкент, 1914. №12.

17.Филипов А.Г., Цибанов В.В. Наброски к истории исследования пещеры – рудника Кан – и –Гут// Материалы III международной научной заочной конференции «Спелеология и Спелестология», 26-27 ноября 2012г., Набережные Челны, С.43-49.

Стилистика и грамматика авторов сохранена.
Добавить статью

Другие статьи автора

Еще статьи

X
Для размещения комментария авторизуйтесь
Нет аватара
Andrei_Kan-i-Gut
22:50, 11 апреля 2017
Статья полезная, поскольку популяризирует древнюю пещеру-рудник Кан-и-Гут, но, к сожалению, в ней приведён ряд неверных сведений, кочующих из публикации в публикацию с конца 1990-х годов, а именно:
1. В 1924 году никакой экспедиции в Кан-и-Гут не было. Экспедиция Бокия и Батенина - это и есть экспедиция 1920 года. Отчёт об экспедиции только предполагалось издать в Париже на французском языке, но он там не был издан.
2. В той экспедиции топосъёмка ВСЕХ ходов, как утверждается в статье, не была сделана. Была сделана топосъёмка лишь незначительной части ходов.
3. Съёмка инженера Белова - не единственная. Полная топосъёмка Кан-и-Гута сделана в 1949-1950 гг. техником-маркшейдером Алексеем Больонковым (Петров, 1951, отчёт). Топосъёмки современного состояния рудника проведены московским спелеологом Валерием Цибановым в 2009, 2014 и 2015 гг. (Цибанов и др., 2013, 2014 и др.).
4. В 1942 году не было никакой геологической экспедиции в Кан-и-Гут и топосъёмок 1942 года не существует.
Кроме того, средневековый серебряный рудник Кух-и-Сим - это совсем не Кан-и-Гут и ссылка на статью Назарова 1914 года ничего не доказывает, поскольку в той статье никакой речи о Кан-и-Гуте нет. Более того, Павел Назаров в своей более поздней и обстоятельной статье "Кух-и-Сим, сокровище Туркестана", опубликованной в Англии в 1929 году, отдельно описывает и Кух-и-Сим, и Кан-и-Гут.
АКИpress. Новости Кыргызстана, которые интересуют всех.


Закрыть