Добавить статью
14:23 24 Июля 2017
Национально-освободительное восстание 1916 года: опыт нового исторического осмысления прошлого

Из сборника статей международной научно-практической конференции, посвященной «100-летию Национально-освободительного восстания 1916 года: историческая память и современное значение» (Бишкекский гуманитарный университет им. К.Карасаева, 18-19 апреля 2016 г.)

Народ, не контролирующий своего прошлого,

не будет контролировать свое настоящее и будущее.

Афоризм из народной мудрости.

История кыргызского народа объективно является частью мировой истории, особенно эта аксиома становится актуальной при рассмотрении различных аспектов, этапов истории Центральной Азии, в особенности Кыргызстана в XIX в.

Конец XIX в. характеризовался усилением в Европе расистских настроений. Народу усиленно внушалось, что другие, неевропейские расы – это отсталые народы. «Идея расизма и возвеличивание собственной нации уходит вглубь европейской истории. Они использовались для оправдания истребления индейцев, работорговли и колониальных захватов. На основе этих идей были созданы новые теории развития человечества. Именно теоретики такого рода создали учение, получившее название «социал-дарвинизм», которое оправдывало право сильных держав подчинить себе другие народы и культуры»1. В самодержавной России эти идеи были известны правящей элите, а государственные и военные круги империи применяли их на деле, полигоном была Центральная Азия.

Автор книги «История России: От Рюрика до Путина», лауреат многих государственных и международных наград российский историк, д.и.н. Е.Анисимов отмечает, что «В движении на восток российские правители исходили из европоцентристского восприятия мира. В этом политика России на востоке ничем не отличалась от политики Англии, Франции и других колониальных держав».

В чем суть этого евроцентристского стереотипа? Он основан на представлении о том, что движение на восток – движение в пустоте, по землям, никому не принадлежащим, что встречающиеся на пути колонизаторов этнические, государственные объединения – скопища, банды. Восточные народы в глазах «цивилизованного» завоевателя представлялись дикими, необузданными, и было распространено мнение, что «все дикари одинаковы», от природы неисправимо подлы, коварны, грубы… В имперском сознании мир отчетливо делился на «цивилизованный» и «нецивилизованный».

Два главных вывода следовали из этого: на «дикие», «бродячие» народы не могут распространятся ни нормы международного права, принятые в среде европейских народов, ни христианские нормы. И кроме того, жестокость является единственным эффективным средством общения с «дикарями»2.

Приведенные строки дают нам стереотипную систему отношений Востока и Запада в период зенита колониальных захватов. Евроцентризм, социал-дарвинизм и другие схожие теории формировали государственную национальную идеологию западных государств, теоретически и практически служили фундаментом для жесточайшего и безжалостного завоевания и подавления любого национального чувства или движения, направленного на возрождение государственности или отделения от империи.

При анализе вышеизложенного возникает следующая научно-политическая дилемма. Как рассматривать процесс «добровольного» вхождения Северного Кыргызстана в состав Российской империи? Ведь возникает много контрвопросов по этой проблеме при анализе и объективном прочтении архивных документов и материалов периодики и научной литературы того периода, реальность была очень страшной и суровой. Поэтому оценка, данная Махатмой Ганди, одним из величайших мыслителей и моральных авторитетов не только Индии, но и всего человечества касательно периода колониального правления Англии в Индии, объективна и верна для всех народов и государств – бывших колоний европейских государств, он прямо указывал: «Я считаю, что британское владычество – проклятие, но я не думаю, что англичане хуже другого народа на земле». Ганди критиковал Англию за то, что она «довела до нищеты немую массу индийцев системой нарастающей эксплуатации, совершенно разорительной для народа гражданской и военной администрацией, которую страна больше не в силах выносить. Политически она нас обратила в рабство. Она разрушила основы нашей культуры. Своей политикой лишения нас всех прав она разложила нас морально… Британская система словно создана с единственной целью «задавить бедняков до смерти»3. Эти слова Махатмы Ганди полностью соотносятся к периоду колониального правления Кыргызстаном имперской России, доведение до нищеты немой массы кыргызского населения, также с годами нарастающее налоговое бремя и бремя военно-колониального управления.

Отметим, что народы Центральной Азии, в том числе и кыргызы, были абсолютно бесправны и де-юре, и де-факто по отношению к народу метрополии. На них не распространялись ни христианские заповеди типа «не убий», ни юридические нормы, принятые в среде европейских народов. Вот подтверждающий данный текст – выдержка из статьи Г.К.Гинса: «Русские крестьяне значительно превосходят киргизов по культурности и часто относятся к последним с презрением. Это презрение доходит иногда до полного отрицания в киргизах человеческой личности. Бывают на этой почве случаи бесчеловечной и бессмысленной жестокости: крестьяне безжалостно убивают киргизов и не чувствуют угрызений совести. Чаще всего это происходит так. Русские крестьяне возьмут в аренду киргизские земли, построят дома и отказываются уходить по окончанию срока аренды. Приезжают киргизы. Начинается свалка, и дело кончается кровопролитием, причем либо вовсе не имеющие ружей, либо вооруженные старинными самопалами киргизы оказываются в таких случаях слабой стороной. Бывает хуже. Мужик работает в саду, видит, что через забор тянется к яблоне киргиз, берет ружье и убивает киргиза наповал. Прибегают соседи: «Что такое?» – «А вот, убил собаку!» И даже не тронется с места, чтобы подобрать убитого. С таким убийцей мне однажды удалось встретиться. Я остановился на ночлег в селении Головочевка (Аулие-Атинского уезда Сыр-Дарьинской области). В избе был представительный мужик. Рассказывал, и вдруг говорит: «Теперь вот все переменилось».

– Да, я убийца… Убил киргиза.

Русские мужики, заражаясь духом завоевателей, нередко теряют свое исконное добродушие, а вместе с тем ту детскую простодушную улыбку, которую любил в них Л.Н.Толстой. Они заражаются жаждой наживы, привыкают к эксплуатации, отвыкают от гостеприимства, они часто делаются неузнаваемыми. Но зато сознательность, осмысленность, понимание своих прав, грамотность – все это развивается не менее быстро. Переселение в новые края встряхивает и переворачивает все их существо. Но не всегда дух киргиза оказывается побежденным»4.

Не сломленный свободолюбивый дух кыргызов жертвенно вспыхнул и во время национально-освободительного восстания 1916 г. Подавленного с неимоверной жестокостью, о чем свидетельствуют следующие слова известного ученого Кыргызстана Д. Будянского. Он отмечает, что «среди трагических событий XX в. одно из первых мест занимает восстание 1916 г. А через 20 с лишним лет человечество пережило новые страшные преступления германских фашистов. Они использовали государственную власть для уничтожения целых народов. Миллионы людей, спасая свои жизни, превратились в беженцев, покинувших родной очаг, потеряли все свое имущество. Катастрофа кыргызского и других народов и гитлеровские злодеяния во время Второй мировой войны, отдаленные между собою 20 и более годами, хотя и не полностью сравнимы, имеют определенную параллель: и тогда, в 1916 г., и в период борьбы с фашистами были геноцид, беженцы и т.п.

Отсюда вытекает острая необходимость снова напомнить людям об этих катастрофах, чтобы не допустить их в будущем»5.

Здесь немаловажно отметить, что на историко-гуманитарном пространстве СССР, далее СНГ, об этой небывалой трагедии кыргызов практически нет информации ни в научных изданиях, ни в учебниках истории для вузов и школ. Умолчание?

А для народа, не знающего своего прошлого, эти события могут повториться, в той или другой ипостаси. Ведь бесчеловечное подавление восстания 1916 г. сопоставимо с трагедией армян в 1915 г. В России этот вопрос поднимался на самом высшем уровне, как в правительстве, так и СМИ, даже был признан геноцид армян. Так же эта трагедия была близко принята европейским сообществом. «Единственным исключением из этого всеобщего молчания, и очень достойным, стала издание краткой книги инициативного молодого американского ученого Эдварда Дэнниса Сокола из Университета Джона Хопкинса»6. Имеется в виду его книга «Восстание 1916 года в русской Центральной Азии», Бишкек, 2016 г. Во вступительном слове С.Фредерик Старр, директор Института Центральной Азии и Кавказа при высшей школе международных исследований им.Пола Нитце в Университете Джона Хопкинса, отмечает: «В отличие от геноцида армян, который разворачивался в Турции, почти в это же время массовое убийство более четверти миллиона кыргызского народа в основном вычеркнуто из мирового исторического сознания»7.

Возникает вопрос: почему практически невооруженный народ поднялся на восстание, этому, наверное, способствовало само чувство национального самосохранения, дальше так жить было уже невозможно. Отвечая на этот вопрос, видный государственный деятель Туркестана Т.Рыскулов пишет: «Набор на тыловые работы был поводом к всеобщему восстанию туземного населения против царизма, здесь сказались результаты полувекового культурного угнетения этого края, находившегося все время на положении колонии, причем чувствовалось не столько политически-культурное угнетение, сколько угнетение экономическое, когда становилось трудно само существование. Если прибавить к этому бесконечное издевательство царской и туземной администрации, переполнившую чашу терпения туземного населения, то будет понятно, почему разыгрались события 1916 года»8.

Здесь следует отметить, что основной причиной восстания была земельная и связанная с ней переселенческая политика царизма. О грабительском характере переселенческой политики царизма свидетельствует отчет сенатора Палена, вот он: «Членами переселенческой партии предложено было разрушить свыше 5100 очагов оседлости с населением 30 тысяч душ. Такое смещение намеченно с целью получения 250 тысяч десятин удобной земли, достаточной для обеспечения 6,5 тысяч переселенческого хозяйств, по расчету 40 десятин на хозяйство»9.

Потом было признано, что часть земель не пригодна для земледелия, поэтому там могли устроиться не более 2,5 тысяч переселенческих хозяйств. И здесь граф Пален отмечает, что для устройства переселенцев теперь «потребуется разрушить едва не двойное число очагов киргизской оседлости»10. Затем, после окончания ревизии Туркестанского края Пален пришел к следующему заключению, что «из полукочевников мы сделали полных кочевников». Зачастую отбирались земли окультуренные, с арыками, иногда и с урожаем. Что оставалось кыргызам, видно из следующего текста: «Один из чиновников Переселенческого управления, посланный для осмотра оставшейся у кыргызов земли, вынужден был признать, что на осмотренной площади он не обнаружил ни воды, ни земли, вся площадь представляет скалистые вершины гор»11. Так же чиновники Переселенческого управления определяя пригодность отдельных участков для земледелия кыргызов, цинично и злонамерено «включали в категории пригодных совершенно непригодные земли. На эти непригодные земли царские чиновники и выдворяли кыргызское население»12. Так, известный политик с широким государственным мышлением Ю.Абдрахманов отмечал: «Прогресс колонизации шел настолько сильно, что в годы войны возникали уже проекты выселения киргиз из Чуйской долины и котловины Иссык-Куля в горные районы центрального Тянь-Шаня, преимущественно в районы бывшего Нарынского кантона, где возможно было заниматься только животноводством и то в ограниченных размерах из-за недостатка зеленых пастбищ, из-за невозможности создания устойчивой кормовой базы животноводства на основе развития посевов кормовых культур»13.

Ю.Абдрахманов писал: «Процесс колонизации был одновременно процессом деградации животноводческого хозяйства кыргызского населения»14. Следствием этого явился упадок животноводства, поголовье скота сократилось не менее чем в два раза, происходило обнищание населения. «Это ухудшило и без того нищенскую жизнь кыргызского народа, лишило его источников существования, способствовало вымиранию коренного населения. Так, численность кыргызского населения за 10 лет, с 1903 по 1913 гг. уменьшилась на 7-10%. Количество же скота сократилось на 27%»15.

Положение кыргызского населения в колониальный период реалистично и ярко описал Д.Фурманов, он пишет: «Царские пристава и волостная администрация считали киргиза примерно за собаку: высечь его, отодрать, избить, даже прикончить – было делом самым заурядным, а главное безответственным: кто будет жаловаться? Кому? На кого? Были кругом назначены всякие границы: здесь киргизу можно, здесь нельзя, здесь его порют, здесь колотят, а здесь и расстреливают. Несчастное население заметалось в агонии, не знало, как ему выразить свой протест, как попытаться сбросить это тяжелое ярмо»16. Отмечаем, что талантливому писателю удалось в нескольких строках объективно изложить социально-политическое положение кыргызского народа в указанный период.

Ведь с вхождением в состав империи действовало масса нормативных и ненормативных запретов для кыргызов; так, например, запрещено было пасти скот в лесу, строжайше запрещено даже собирать хворост и сухостой, входить и тем более жить в переселенческих селениях. Не раз отмечалось, что произвол лесных объездчиков не знал границ. Даже туркестанский генерал-губернатор вынужден был сообщить царю о том, что «лесная стража является бичом для населения». Даже в кыргызских селениях за сто верст от леса они составляли протоколы для неумных штрафов, и жителям аилов приходилось собирать 100-200 рублей, и он, не объезжая аилы, уезжал, а ведь для того времени это были большие деньги. В это же время сословия казаков «хищнически вырубали леса»17, объездчики их боялись.

Царские офицеры в первые годы правления не раз отмечали, что кыргызы – самый богатый народ Средней Азии, но как же быстро за полстолетия они превратили его в самый бедный народ. Объяснение в следующем: неуемный налоговый грабеж, на это указывали даже отдельные здравомыслящие царские чиновники, в частности А.Первушин, вот что он писал о крестьянском лобби в туркестанской администрации, указывая, что «радетели русского мужичка и русской казны, на словах, разумеется, указали, что нечего беречь состояние киргиза»18. Далее автор статьи А.Первушин перечисляет налоги прямые и косвенные, получается очень длинный и внушительный список, с существенной цифрой: так, около 2139 владельцев юрт платят только прямых налогов 11868 р. 25 копеек, далее, он отмечает, сюда не вошли все натуральные налоги, повинности по исправлению дорог и мостов, во всякое время года, которые по переложению на деньги составляют тысячи рублей, далее он перечисляет остальные расходы. Здесь же он отмечает, что «стоимость юрты бывает от 25 до 50 руб. Цена однолетнего барана от 1,50 до 2 рублей»19.

Столь жестокие налоги буквально косили экономическое благополучие кыргызов, превращая их в батраков и арендаторов в своем Отечестве. Честный чиновник предупреждает: «Мы никогда не должны забывать, что усиленное высасывание источников пропитания и благо состояния киргиз поведет к падению силы плательщиков во всем крае. Все наши богатые окраины России, благодаря неблагоразумной системе пользования их богатствами, уже сделались бедными. Колонизация края русскими понудила правительство все лучшие места, которых очень немного, отобрать у киргиз, последние вынуждены платить аренду русским поселенцам и казакам. Обязаны ли кыргызы, целиком оплачивать все дорогие порядки русских и затем роскошь своих правящих классов?»20 Кроме изъятия земель и налогов, были и другие беззакония как со стороны чиновников, так и со стороны кулаков-переселенцев. Прав был Радищев, характеризуя царских чиновников словами: «Чудище обло, озорно, огромно».

Вся система колониального гнета иссушала на корню человеческое достоинство кыргызов. Местные жители при виде любого царского чиновника должны были вставать и снимать шапки. При объезде области генерал-губернатором их заставляли толпами стоять на коленях на пути генерал-губернаторского поезда21. Становление и развитие коррупционной системы при выборах волостных когда на первых порах подкупы были случайностью, возводятся колониальной администрацией в систему. Так, неоднократно отмечалось, что «выборные подкупы, в которых нередко принимали участие и русские администраторы, с бесчисленными жалобами и доносами друг на друга, будучи в начале событиями исключительными, впоследствии стали явлениями обычными, повседневными. В 1897 или 1898 г. на выборах в Копальском уезде уездный начальник Петров приказал доставить молоденьких девочек-киргизок, приказание было исполнено: одна из девочек не выдержала мучений и умерла, другая после долгой болезни выздоровела. Циничное и хвастливое письмо Петрова по этому поводу к одному приятелю в Верном, благодаря покойному Тудыбеку Сыртанову, получило широкую огласку и, насколько помнится, было следствие, но стараниями чиновника особых поручений Пантусова дело было замято. Народ стал понимать, какие люди находятся во главе уездов и какие люди сидят в уездных управлениях»22.

Поэтому, думается, что само чувство национального самосохранения подняло невооруженный и неподготовленный народ на восстание, подавленное с неимоверной жестокостью. Даже в Государственной Думе России осуждалась жестокость карателей. Об этом говорил А.Ф.Керенский, выступая на заседаниях Думы с разоблачением этих преступлений, хотя позднее, придя к власти, возглавляемое им Временное правительство не приняло мер для ликвидации насилия над коренным населением, продолжая прежнюю колониальную политику. Наверное, это были просто популистские партийные речи, что нередкое явление в политике во все времена. А во время подавления восстания «жестокость царских карателей вызывала активное сопротивление кыргызов. Так, 28 августа на берегу реки Тюп между восставшими и отрядом карателей, которым командовал фон Берг, произошло столкновение. После рукопашного боя, в котором кыргызы сражались самоотверженно, последним пришлось все же отступить, потеряв 80 человек убитыми и 12 ранеными. Сражение с этим отрядом продолжалась и в последующие дни. 27 августа карательному отряду к востоку от Рыбачьего было оказано сильное сопротивление. Каратели под давлением восставших были вынуждены бежать»23.

Несмотря на упорную борьбу кыргызов, их решимость добиться освобождения от колониального гнета, восстание 1916 г. потерпело поражение, так как против практически невооруженного народа были использованы кадровые части, имеющие опыт современной войны, вооруженные артиллерией, пулеметами, казачьи полки и другие рода войск.

К сожалению, национально-освободительное восстание 1916 г. сопровождалось рядом межнациональных столкновений, при этом пострадало переселенческое население. Но есть ведь свидетельства, подчеркивающие, что часть слухов об убийствах переселенцев были ложными, специально распространённых администрацией. Ведь они были объективно настроены на преувеличение жертв, среди переселенцев, для оправдания массовых убийств коренного населения. О том, что часть слухов об убийствах и ограблениях, совершенных кыргызами, распространенных администрацией и отдельными людьми, были ложны. Подтверждается материалами по истории восстания киргиз 1916 года Г.И.Бройдо, часть из них запротоколирована прокурором Ташкентской судебной палаты, приведем их полностью: «Нападения или осады вообще нигде не удалось установить (при проверке многочисленных о сем слухов) до 28 августа. Так, например, в Самсоновке возвратившиеся 12 дружинников из Токмока, отправленные Рымшевичем, сообщали, что в Самсоновке боев нет, что осады нет, что киргизы не нападали на Самсоновку, но что Рымшевич каждое утро выступал в горы, где были толпы киргиз, и там с ним сражался…» Оригинально то, что село Краснореченск, покинутое жителями, не имевшее баррикад и дружины, не подвергалось даже разграблению со стороны киргиз. Тоже о селении Токмок слухи, как то пускаемые в оборот и подтверждаемые официальными сообщениями администрацией, все время опережали события и почти всегда оказывались ложными. 9-го стало известно от воинского начальника Писсаржевского, что Арасан отрезан; от публики, что все население перерезано. На Арасане было около 100 детей и женщин. Почти не было мужчин. Поехавшие 9-го на Арасан встречены были недоуменными взорами жен по поводу их неожиданного приезда. Вскоре приехали солдаты, передавшие приказания Писсаржевского «всех выселить».

Инженер Громашевский ночевал в одном караван-сарае с толпой киргиз человек в триста, никакому насилию не подвергался. Целый ряд лиц, работавших в горах, отмечают заметное движение киргиз в горы и полное отсутствие с их стороны каких-либо эксцессов.

Партия землеустроителя Пирогова настолько близка была от вооруженной толпы киргиз, что сняла ее (снимок есть) – их не тронули.

Первым эксцессом со стороны киргиз было убийство Назарова, Долгополова и Фирингоф. Об обстоятельствах убийства первых двух… Рассказывают, что Назаров с техниками и рабочими встретил толпу киргиз около Самсоновки и первый открыл стрельбу, у всех русских были ружья. Человек 40-50 киргиз было убито. После этого киргизы бросились на них. За исключением всех, успевших проскочить, Назаров и Долгополов были убиты… Во всяком случае, кровь была уже ответом на убийства Бакуревича и других. Несколько жертв на Санташе, выше Ивановки, были ответом на действия ивановских добровольных карателей. 2-3 убийства в районе Токмока были ответом на действия Рымшевича и Бакуревича. Толпа уже была вооружена ибо она воочию убедилась, что если будешь сидеть в юрте, тебя убьют, сядешь на лошадь, бежать в горы – убьют, будешь вооружаться – убьют. При таких условиях обезумевшей от ужаса и паники толпе ничего не остается делать, как защищаться, и эксцессы с отдельными лицами, застигнутыми в горах, являлись местью приведенной в ярость действиями администрации толпы»24.

Одной из причин восстания Г.И.Бройдо считал, что «восстание было результатом провокационной работы всей администрации, не исключая высшей (Ташкент и Семиречье), направленное к тому, чтобы вырезать киргизское население и очистить земли для дальнейшей колонизационной деятельности правительства. Нелепые и провокационные приказы, ложные разъяснения чинов администрации, натравливание русских поселенцев, организация из них отрядов, безнаказанность массовых убийств и бесчинств – все это было основание к массовому «уничтожению» киргиз25.

К мнению о том, что восстание было спровоцировано для уничтожения кыргызов, приходит и Осмонакун Ибраимов, проф., д.ф.н., ЧПП КР. Так, он пишет «Восстание, в сущности, представляло собой отчаянный протест коренного населения против бесчеловечной колониальной политики царского правительства, планомерно вытеснившего туземцев с плодороднейших пахотных земель в горные районы и провоцировать мятеж для физического уничтожения и без того исстрадавшегося за 50 лет колонизации народа»26. Какие конечные цели преследовала царская администрация в метрополии и на местах, можно судить по геноцидному приказу №220 Куропаткина. Исходя из данного приказа, должны были быть очищены от кыргызов Чуйская, Иссык-Кульская, часть Нарынской долины, здесь планировалось образование губерний с русским населением. Ранее мы затрагивали этот вопрос, что был план вспугнуть и уничтожить кыргызов, был он или нет, но его воплощение в жизнь чуть не свершилось. Осуществление данного приказа продолжалось и при Временном правительстве, что говорит о стратегическом значение этого бесчеловечного плана и его принятии и воплощении в жизнь буржуазными чиновниками Временного правительства. Планы выселения кыргызов были и в планах чиновников Временного правительства в Туркестане, так, «просьба дыйкан о возвращении захваченных у них колонизаторами земель не удовлетворялась...

Такой политикой Туркестанский комитет Временного правительства фактически поощрял колонизаторский разгул в Семиречье. Коренное население, обеспокоенное его стремлением осуществить так называемый план Куропаткина, которым предусматривалась изъятие огромного массива земель у коренного населения Семиречья и переселения его в другие места, где нельзя было заниматься сельским хозяйством, после Февральской революции 1917 года направляло прошения его приостановке»27. Так, представители нескольких волостей Пишпекского уезда в телеграмме от 12 марта 1917 г. председателю Совета министров Временного правительства писали: «Нарынский уезд – это местность совершенно бесплодная для земледелия и скотоводства. Так киргизам грозит медленная смерть. В Пишпекском уезде развели сады, имеем клеверники, сенокос, зимовые стойбища, дома, мечети, мельницы, школы и другие постройки, созданные долголетним трудом. Все это хотят у нас отнять и выселить в бесплодную местность… просим отменить… насилие и не выселять нас с наших земель, оставив нас в Пишпекском уезде, на коих мы живем с незапамятных времен»28. 17 марта кыргызы этих волостей обратились с той же просьбой к главе Туркестанского комитета Временного правительства, однако их просьба не была удовлетворена. Здесь вопрос о выселении распространялся, как видим, и на кыргызов Пишпекского уезда. Исходя из вышеуказанного, получается следующее. Временное правительство продолжало воплощать в жизнь прежние колониальные проекта царизма по отношению к кыргызам.

Громкие, разоблачающие жестокость карательных отрядов речи А.Ф.Керенского оказались в целом обычными политическими пиар-речами, ведь им практически не было сделано ничего для облегчения участи кыргызов. Поэтому странно, если не сказать более, когда представитель научных кругов Кыргызстана историк в газете «Вечерний Бишкек» предлагает увековечить его имя в КР, назвав одну из улиц его именем и т.п. Нонсенс.

С другой стороны, мы имеем реальные примеры перехода на сторону восставших кыргызов отдельных представителей русских крестьян. Так, в период восстания 1916 г. против царизма на сторону повстанцев перешел отставной офицер М.Д.Власенко. Он передал повстанцам две винтовки и два дробовика. В селе Александровка на сторону повстанцев перешли русские крестьяне Тимофей и Афанасий Добазовы с семьями, а также крестьяне этого села Коваленко и Павлов. Все они позднее были пленены и расстреляны дружинниками. А крестьяне Данил Кошаев и Иван Седой даже руководили отдельными отрядами повстанцев. Это были крестьяне с обостренным чувством справедливости и человечности в это жестокое время, ведь они знали, что дело восставших обречено, но все равно разделили их судьбу.

В этом роду нельзя не озвучить честную мужественную и благородную позицию по отношению к восставшим кыргызам отставного генерала, ученого Ярослава Ивановича Королькова. Ведь во время осады г.Пржевальска его прямо обвиняли в измене и симпатиям к кыргызам. Но, не смотря на столь серьезное психологическое давление, Ярослав Иванович имел мужество заявить допрашивавшему его прокурору, что он проехал верхом по Кыргызстану без оружия сотни тысяч верст и всегда находил у кыргызов кров и пищу, что кыргызы - миролюбивый и добродушный народ. Так же он отметил, что основными причинами восстания являются беспощадное изъятие земель, налоги и бесправное положение кыргыз. Вышеназванные русские крестьяне, перешедшие на сторону кыргызов, и Я.И.Корольков и их идейные наследники будут той нитью, которая объединит в будущем советском Кыргызстане народ на равноправных началах для строительства процветающего государства.

В заключение можно сделать следующий вывод. В.И.Ленин был прав, называя царскую Россию «тюрьмой народов», провокации на восстание со стороны администрации и отдельных переселенцев были – об этом прямо пишет Г.И.Бройдо. Колониальная администрация была уверена, что подавление восстание не составит труда для регулярной армии, также она знала, что кыргызы абсолютно безоружны, ведь оно заблаговременно изъяло у них все дедовские пики, копья, сабли и старые фитильные ружья.

Какие-то планы очищения от кыргызов благодатных долин реки Чу, Иссык-Куля, частично Нарына были, на это указывают Турар Рыскулов, Г.И.Бройдо. Определенным подтверждением данного плана служит и приказ №220 Куропаткина, исполнение коего продолжалось и при Временном правительстве.

Национально-освободительное восстание 1916 года – это героическая и трагическая страницы истории кыргызов, в ходе его бесчеловечного подавления народ потерял 41,4% – данные по Северному Кыргызстану.

В 1917 г. грянула Великая Октябрьская социалистическая революция, подготовленная РСДРП(б) во главе с человеком эпохи Владимиром Ильичом Лениным. Революция как гроза, буря стала очищением для старой колониальной России, влила в нее свежую интернациональную рабоче-крестьянскую кровь, что стало фундаментом будущей Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг., привело к освобождению от колониального гнета стран Азии и Африки в 50-60 гг. XX в.

Мы, кыргызы, должны быть благодарны В.И.Ленину, большевикам, спасшим и сохранившим кыргызов как народ. Благодаря ленинской национальной политике произошло становление и формирование КССР. А в 1991 г. стало возможным образование суверенного государства КР, признанного мировым сообществом.

1 Тур Линне Эриксен. Всемирная история. СПб,1994. – С. 73.

2 Сборник: Историки отвечают на вопросы. – Е. Анисимов. Стереотипы имперского мышления. – М., 1990 – С. 66

3 А.В.Владимировский. Великий Ганди – праведник власти. – М.: Яуза, 2013 – 195-196 с.

4 Гинс Г.К. Исторический вестник. Том XXXIV, СНП-1913, №10. – С. 331

5 Давид Будянский. История беженцев-кыргызов (1916-1927 годы) – С. 8-9.

6 Эдвард Дэннис Сокол. Восстание 1916 г.в русской Центральной Азии. – Б. 2016 г. – С. 6.

7 Там же, с. 5.

8 Восстание киргизов и казахов в 1916 году. – Б. С. 10-11.

9 Пален К. Отчет по ревизии Туркестанского края. Переселенческое дело в Туркестане. СПб, 1910. – С. 57.

10 Там же.

11 Давид Будянский. История беженцев-кыргызов (1916-1927 годы). – Б. 2007, с. 30.

12 Там же.

13 Абдрахманов Ю. 1916. Дневники. Письма к Сталину. – С.221.

14 Там же.

15 Давид Будянский. История беженцев-кыргызов (1916-1927 годы). – Б., 2007. С. 31.

16 Фурманов Д. Мятеж. – М. 1983. – С. 38.

17 Восстание киргизов и казахов в 1916 году. – Б., 1996 г. – С.50.

18 Там же.

19 Туркестанские ведомости, 19 октября 1882 г., отдел неофициальный, №41.

20 Там же.

21 Житов К. От колониального рабства к социализму. Ташкент, 1938. – С. 12.

22 Восстание 1916 г. в Кыргызстане. Документы и материалы. – М., 1937. – С. 135.

23 Давид Будянский. История кыргызов-беженцев (1916–1927 годы). Б., 2006. – С. 46.

24 Восстание киргизов и казахов в 1916 году. – Б., 1997. – С.106-107.

25 Там же, с. 111

26 Слово Кыргызстана. 21 августа 1998 г. Неизвестный геноцид.–С. 9-10. Осмонакун Ибраимов, проф., д.ф.н., ЧППКР.

27 Давид Будянский. История беженцев (1916-1917годы), Б., 2007 с. 94.

28 Там же, с.95.

Список литературы:

1. Ю. Абдрахманов. 1916 г.: Дневники Письма к Сталину.

2. Давид Будянский. История беженцев-кыргызов (1916-1927). – Б.2007.

3. А.В. Владимировский. Великий Ганди – праведник власти. – М., 2013 г.

4. Гинс Г.К. Исторический вестник. Том XXXIV СПб, 1913, №10.

5. Эдвард Дэнннис Сокол. Восстание 1916 г. в Русской Центральной Азии. – Б., 2016 г.

6. Тур Линне Эриксен. Всемирная история. – СПб, 1994 г.

7. Д.Фурманов. Мятеж. – М. 1983 г.

8. Житов К., Непомнин. От колониального рабства к социализму. – Ташкент, 1938.

9. Восстание киргизов и казахов в 1916 г. – Б., 1996 г.

10. Сборник: Историки отвечают на вопросы. – М., 1990 г.

11. Туркестанские ведомости, 19 октября, отдел неофициальный, № 41.

12. Слово Кыргызстана. 21 августа 1998 г. Неизвестный геноцид. О. Ибраимов.

Стилистика и грамматика авторов сохранена.
Добавить статью

Другие статьи автора

Тяжелая кавалерия – дар народов Великой степи

Еще статьи

Обсуждения закрыты
АКИpress. Новости Кыргызстана, которые интересуют всех.


Закрыть